– Боюсь, нет. Но уверен, как только вы озвучите ваш вопрос, я всё вспомню!
– Вы хорошо себя чувствуете? – уточнила она.
– Как никогда! Такая лёгкость! Итак, ваше имя?
– Лиза… Лиза Кристенсен! – Рил выпалила первое, что пришло в голову.
– И так, мисс Кристенсен, что у вас произошло?
– У меня слегка нарушился слух…
– Ой! И мы с вами это вчера обсуждали? Так это не ко мне! Я дам вам телефон врача, который поможет, – он написал на листочке ряд цифр и протянул шокированной Эйприл. – Вот он – прекрасный специалист!
Рил поблагодарила и вышла из кабинета, несколько раз обернувшись. Она пыталась понять – может, это шутка? В коридоре Эйприл наткнулась на медсестру, пробегавшую мимо.
– Простите, а доктор Ноушэнс здоров? Он как-то странно себя ведёт.
– Да, с ним всё в порядке, – удивилась вопросу та.
– Я сестра Джун Мэй. Она лежала у вас в больнице и очень быстро выздоровела. Вы за ней ухаживали в реанимации.
– Простите, не помню такую. А вас я знаю! Вас показывали по телевизору! – приободрилась медсестра.
– Это всё, что вы обо мне знаете? – недоумевала Эйприл.
– Да, простите, некогда болтать, – она быстро пошла дальше по коридору, затем оглянулась и крикнула: – Вы классная!
Доктор Ноушэнс вышел из кабинета и отправился по своим делам, даже не заметив Эйприл. Казалось, он просто забыл всё, что его так беспокоило. Или что-то задумал.
«Нужно рассказать Августу… Нет, не нужно! Если спросит, скажешь». В полной растерянности Рил поехала на работу, прокручивая произошедшее в голове снова и снова. В итоге она решила, что оставит всё, как есть. А если память вернётся к Ноушэнсу, то будет решать проблему заново.
***
– Всем привет! – Ева вошла в офис в приподнятом настроении.
– Привет! – отозвалась Мия.
– Я на прошлой неделе фотографировала одну команду по американскому футболу.
– Они у нас что-то заказывали? Привет! – поинтересовалась Эйприл, выходя из кабинета.
– Бесплатно. Вернее, не совсем. Они пожертвовали небольшую сумму денег для нашего фонда и попросили фотосессию. Я согласилась. Честно говоря, дела у команды идут плохо. Сплошные проигрыши, хотелось их порадовать. Младший брат одного из игроков страдает пороком сердца, поэтому, несмотря на трудности команды, они скинулись из собственных средств и сделали взнос. А еще подарили нам билеты на игру. Пойдем? Здесь четыре штуки, как раз на нашу компанию.
– Знаете, это так достойно – помогать другим, когда у самих тяжелые времена. Предлагаю подумать, что ещё мы можем для них сделать. Хотя я не очень разбираюсь в футболе, – задумчиво произнесла Эйприл.
– Да, давайте! – оживился Мэтт. – Правила я вам объясню, – он схватил лист бумаги и принялся рисовать поле. – Команда, конечно, играет не супер. Но вы же и не ярые болельщицы. А развеяться, я уверен, никому не повредит! Идём и точка! – он поставил жирную точку на лист.
– Когда это? – уточнила Эйприл.
– Послезавтра, – сверилась с билетами Ева.
– Можно сходить. Август уезжает в очередную командировку на пару дней. Так что я, к сожалению, свободна.
Им достались билеты на обычные места среди прочих болельщиков.
– А где твои охранники-близняшки? – прикусывая губу, поинтересовалась Ева.
– Где-то сидят, думаю, рядом, но не вижу их. Честно говоря, они немного меня напрягают. Постоянно ходят за мной.
– Тебе положено! – привычно вскинула вверх указательный палец Мия.
– Ну неужели без этого никак? Бедные звёзды, шагу ни ступить без охраны. А я, может, гулять люблю! Одна! А они плетутся за мной неслышно, ещё неизвестно, от чего страшнее!
– Ладно, не нуди, раз жизнь так повернулась – привыкай! – Мэтт вставил серьезное слово и снова принялся что-то жевать.
Народу на стадионе было много, но пустых мест тоже достаточно. Лица болельщиков выражали уныние, но лёгкий огонёк надежды теплился в глазах. Как показала первая половина матча, надежда теплилась напрасно. Команда безбожно проигрывала и, хотя ещё почти две четверти были впереди, народ потянулся к выходу. Люди вставали и уходили прямо посередине третьего периода. Когда соседи по сектору Эйприл начали покидать свои места, она не выдержала.