Эйприл посмотрела с благодарностью. Но она понимала, что это лишь рассуждения о нереальном. А её жизнь летела под откос реальнее не придумаешь. И если Мия восприняла откровенный разговор как аллегорию, она вряд ли сможет осознать произошедшее.
– Когда я рассталась с Джоном, мне было больно. Но теперь я понимаю: та боль – ничто. Скорее это была обида. Я не знаю, что мне делать, – потерянно выдохнула Рил.
– Так, если вы взяли паузу и это не твоя вина, дай ему прочувствовать, как плохо может быть без тебя. Он же не бесчувственная тварь, в конце концов! – начала строить планы Мия.
Эйприл рассмеялась через слёзы:
«Ты даже не представляешь, какая он тварь…», – подумала она.
– Не бери трубку. Не отвечай на звонки. Уверена, денёк-другой, и сам приползёт к тебе с раскаянием.
– Боюсь, он не знает такого слова, – хмыкнула Эйприл.
– Все знают такое слово, когда сильно припекает, – возразила Мия.
– Его не припекает. Жар – его стихия.
– Я не верю, что он был с тобой целый год, ревновал, берёг, любил и тут вдруг – приехали, – не унималась Мия. – Он сдастся.
– Перестань, ты не понимаешь. Мне это не нужно! – прошипела Эйприл.
– Можешь рассказывать кому угодно, но не мне. Ты не можешь без него жить. Ты же любишь его!
– Люблю, – прерывисто выдохнула Рил. – Но это только моя проблема. Ладно, я поеду.
– Ри, оставайся. Тебе лучше сейчас быть с кем-то рядом, – взмолилась Мия. Её сердце разрывалось от неспособности помочь или хоть немного ослабить боль.
– Нет. Я хочу побыть одна.
– Я отменю поездку в Рим. Как я тебя оставлю?
– Не вздумай! Я всё равно в ближайшее время не захочу никого видеть.
Мия с горечью кивнула.
Благодарю за проявленный интерес и подписку!
Буду рада комментариям.
Продолжение каждый день.
Глава 35
Собственная квартира показалась Эйприл безжизненно холодной. Полное опустошение. В один миг сгорело всё, что она считала своим счастливым миром.
В дверь постучали.
– «Я не хочу никого видеть», – подумала Рил, но всё же открыла.
С невозмутимым видом на пороге стоял Август.
– Ты больше не переступишь порог этого дома, – грозным голосом заявила Эйприл.
– Угу, – невнятно промычал он, бесцеремонно проходя внутрь и придвигаясь максимально близко к ней.
Она отступила под натиском. Закрыв за собой дверь, Август привычно прошёл на кухню и налил себе бокал красного, а Эйприл белого вина.
– Думаю, ты немного успокоилась. Теперь тебя раздирают сомнения и сотни вопросов, ответы на которые ты найти не в силах. Я готов помочь. Спрашивай всё, что хочешь, – он вел себя как обычно, будто пришёл с работы и, вальяжно усевшись на диване, планировал рассказать, как провёл день. Расстёгнутые верхние пуговицы обтягивающей чёрной рубашки приоткрывали кусочек отныне запретного тела. На шее блестела цепочка. Брюки светло бежевого цвета, зауженные к низу, подчёркивали мускулистые ноги. Эйприл стояла в стороне с бокалом вина. Она не пила, а просто держала его, чтобы чем-то занять руки.
– Бог есть?
Август скептически нахмурился:
– Эйприл Мэй, не разочаровывай меня вопросами пятилетнего ребёнка!
– Кулон матери настоящий?
Август смутился и поправил цепочку с двумя подвесками. Самодовольное выражение исчезло с лица:
– Да, она сделала его еще до моего рождения. Здесь мои инициалы. Моя мать была человеком. Она умерла… Давно.
– Насколько давно?
– Имеешь в виду, сколько мне на самом деле лет?
Рил кивнула.
– Она умерла триста тридцать пять лет назад.
Эйприл побледнела:
– Тебе триста тридцать пять лет?! – искренне удивилась она. – Мне всегда нравились мужчины постарше, но это уже перебор! – Рил не собиралась шутить или заигрывать с ним, она сделала это машинально и тут же осеклась.