Илья теперь не сдерживался, выпустив того охотника, что довольно долго сидил внутри.
Его томительный плен полностью поглотил меня. Руки, губы и глаза, в которых разверзлась бездонная бездна подчиняли себе хлеще любого алкоголя. У меня не было шансов. Я окончательно оказалась во власти Ильи, и впервые, по-настоящему наслаждалась этим, блуждая на грани реальности и бешеной эйфории, где от удовольствия дрожала каждая клетка тела.
Мы слились воедино. Мы двигались, как одно целое. И нам абсолютно по барабану на громкие стуки в дверь сквозь льющийся поток теплой воды.
Я так ее и не выключила.
Пошли все на хер. Я впервые счастлива в объятиях мужчины.
Партнер прекрасно чувствовал меня, безошибочно считывая желания. Я знала, что могу доверять ему. Интуитивно знала, позволяя делать то, что не позволяла прежде никому. Он прикоснулся к моей душе, а затем к телу.
Ох и наворотила я делов!
Еле стоя и шатаясь, мы кое-как сумели принять совместный душ.
— Женя, я люблю тебя, — совершенно неожиданно для себя разобрала слова квартиранта вместе с дыханием, щекочущим шею.
Замерла, опять забыв, как дышать.
Я не сплю?
Считай, один контрольный выстрел за другим.
— Только я боюсь, что сделаю тебе слишком больно, — вслед за первым ошеломительным признанием услышала второе.
— Что? — с трудом отозвалась, вспоминая, как правильно обычно дышат люди.
Он крепко обнял со спины.
— Прости, я не сдержался. Ты очень нравишься мне.
— О каком больно ты говоришь? — едва собрав мысли в кучу, взволнованно поинтересовалась.
— У меня много опасных врагов и среди них есть собственная семья. Я — не просто художник. Я — старший наследник бандита. И я не хочу, чтобы до тебя добрались. Угораздило ведь влюбиться так неосторожно.
Судорожно сглотнула, не веря, что это всё в самом деле происходит со мной.
Нет! Нет! Нет!
Шарикова всегда стремилась к законопослушной жизни! Ну, как вляпалась в того, кого избегала чаще других?!
Галинка охмурила строителя. С колокольни мамы — хорошая профессия, ремонт нужен постоянно. Будет кому делать у нас бесплатно. Надька зацепила владельца туристической компании. Отдыхать все любят. Тоже сойдёт. А Женька… Женька связалась с бандитским сыном. Кабздец подкрался незаметно. Срочно пустырник в студию! Литра три! Без разницы, что типичным смертным он полагается в каплях или таблетках.
— Ты серьёзно?! — выпалила на одном дыхании, не понимая, почему один парень другого страннее?
Бывший — бабник, несостоявшейся — наследник бандюгана, а дальше кто? Электрик Сережа с пятого?!
От переполняющих эмоций все закружилось перед глазами и…
Беспокойство на лице Ильи оказалось последним кадром при внезапной вспышке темноты, щедро приправленной жгучей болью…
… — Что ты ей такого сказал, что она уже столько времени не приходит в себя? — зло поинтересовался Дашкин голос у кого-то.
Вероятно, у Ильи.
Илья.
Точно.
Я разговаривала с ним в…
При попытке вспомнить почувствовала острый приступ головной мигрени и, не выдержав, распахнула глаза.
В моей спальни возле меня сидел бледный парень, а в дверном проёме застыла Дашка, уперев руки в бока.
— Иди уже, паникёрша. Без тебя разберёмся.
— Разберётся он. Так и скажи, что это ты ее специально приложил об стенку в ванной. С тебя не станется.
— Вон пошла! — гаркнул властным тоном квартирант, заставив непроизвольно даже мое тело вытянуться чуть ли не по струнке.
Соседка с визгом бросилась прочь. Илья тут же прикрыл за ней дверь. Обалдеть. У меня снова появилась межкомнатная дверь? Прелесть-то какая!
Стоп. Что там Даша говорила? Илья лупанул меня об стену?
— Не слушай эту дурочку блондинистую. Я на тебя никогда руки не подниму. Как голова? Сильно болит?
— Да, — не стала отрицать очевидное.
— Ясно. Что помнишь? — с деловым видом уселся на стул передо мной Илья.
— Ну-у… Мы разговаривали… Шум воды… Потом стало очень больно… Всё… — растерянно выдала ему.
— У тебя частичная амнезия. Видно слишком хорошо ты ударилась в душе.
— Я? Ударилась?
— Угу, — болезненно подтвердил парень. — Память со временем восстановится. Можешь вспомнить, о чем мы говорили перед твоим ударом головой?
Усиленно напряглась, но… Пусто… Полнейший пробел.
Сдалась.
— Нет.
— А то, что было между нами тоже не помнишь?
— А что было? — нахмурилась, пытаясь осознать, про что толковал Илюха.
— Ясно, — последовал его расстроенный ответ.
— Ты — врач, что ли?