Снежана посмотрела в окно. Снег валил стеной, двор был белым, весь мир был белым. Как чистый лист, с которого началась её новая жизнь.
Жизнь, а не сон!
Она хотела жить, дышать, любить, несмотря ни на что.
Надо было заморозить себя до самых глубин души и превратиться в Снегурочку, чтобы понять это. Признать, что радовать других и радоваться чужой радости — мало, ей нужна своя радость, идущая из сердца, от огня, который угас, казалось, навсегда. Ощутить ту самую тоску… нет, не тоску — жажду! Подлинных чувств. Надежды. Счастья. Не убегать, не прятаться, не замыкаться в ледяной броне.
Снежана вскочила и начала торопливо собираться. Сложила одежду Арсения в огромный пакет, вызвала такси. Заказов было много, и ей пришлось ждать. Перед глазами порхали снежинки, вьюга тихо напевала: Сеня, Арсений — свет твой весенний…
Чем он её встретит? Что скажет? Вдруг его нет дома? Снежана мысленно перебирала один вариант за другим, представляла себе выражение его глаз, лицо неведомой Оксаны — и чувствовала, как в душу заползает холод, устраиваясь там привычно, по-хозяйски. Она надела куртку, шапку, сапоги, повязала толстый шарф, но зима гнездилась внутри, пальцы дрожали, не попадая по сенсорным кнопкам. А такси всё не ехало.
Тогда Снежана на секунду зажмурилась и набрала номер Арсения, надеясь отогреться его голосом. У него красивый голос, волшебный, он всё может...
Динамик откликнулся чужим и холодным: "Абонент недоступен".
Снежана взглянула на громоздкий пакет и покачала головой, гадая сможет ли дойти до автобусной остановки хотя бы с пустыми руками. Время есть, до двенадцати ещё далеко. Тогда почему тело кажется чужим, в груди лёд, а в голове стылая звонкая лёгкость?..
Дверь она отперла только с третьей попытки.
Но за порог ступить не успела.
В лицо ударил запах хвои и мандаринов, и в квартиру шагнул Арсений со связкой еловых лап, нагруженный пакетами, невозможный, как Дед Мороз из сказки, в которую ей больше не было хода.
— Ты куда? — удивился он.
— К тебе, — сказала она.
— А я к тебе!
Арсений крепко обнял её и не отпускал до тех пор, пока его руки не перестали казаться обжигающе горячими.
От хвои и мандаринов нежилая квартира сразу преобразилась. Они разобрали покупки, поставили в вазу еловый "букет". В пакетах были шампанское, торт, готовые салаты, рыбная нарезка.
— Зачем ты?.. — шептала она, чувствуя, как от стеснения горят щёки.
— Так Новый год же, — отозвался он. — И наша первая годовщина. То есть юбилей. Ровно один день со дня знакомства.
Он уселся на табуретку и посмотрел на неё снизу вверх.
— Делай, что хочешь, Снежана, а я никуда не уйду. Ни до двенадцати, ни после. Никогда. Если правда решишь отделаться от меня, можешь огреть сковородкой. Только давай отложим это до после Нового года.
Вроде бы в шутку сказал, улыбаясь уголками губ, но в глазах и в голосе ощущалась твёрдость, и было ясно: это не игра, не притворство.
И Снежана не сдержала ответной улыбки. Ей чудилось, что нёбо щекочут колкие пузырьки шампанского, голова идёт кругом, ноги слабеют, и сердце стучит так часто, что трудно дышать.
Она подошла к Арсению, положила руки ему на плечи, и он привлёк её к себе — осторожно, словно боялся, что она растает или рассыплется снежинками.
За окном сгущались сумерки, мела метель, мутно желтели фонари и пробирались по сугробам человеческие фигурки. Наверху гремела музыка. А где-то в холодном городе шли по улицам зачарованные снегурочки, даря людям зимние чудеса, сами — в ожидании чуда. Может, когда придёт их срок, думала Снежана, каждой тоже повезёт встретить своего "случайного прохожего".
Незаметно для себя она оказалась у Арсения на коленях, уютно устроилась в его объятьях. Они обменивались лёгкими поцелуями, улыбались друг другу, и впервые за целую вечность ей было по-настоящему тепло.
_______________________________________________________________________
С наступающим вас, дорогие читатели! Пусть новый год принесёт счастливые встречи, радость, удачу, перемены к лучшему и много хороших книг!
Кстати, если вы ещё не читали мой маленький сборник (два в одном) Happy New Love, приглашаю заглянуть. Там весело и празднично.
Конец