Глава 14 Цветы
Khalid - Better
Лиля
Прошла неделя со дня аварии. От Тани я узнала, что Никиту перевезли из Склифа в частную клинику, где ему провели еще одну операцию на поврежденную ногу. И сейчас Соколов проходит там лечение и реабилитацию.
Но сама к нему больше не приезжала. В тот день, когда Никита прогнал меня из палаты, я до самого вечера проторчала в коридоре, скиталась по клинике и никак не могла себя заставить уйти. А перед отбоем снабдив медсестру игристым и коробкой конфет уговорила ее пустить меня в палату, когда Никита заснет.
Я сидела в кресле и смотрела, смотрела, смотрела, сдерживая рвущийся внутри крик. Отчаянный и немой. Хотелось подойти и дотронуться до испещренной царапинами щеки, до зашитой губы. Потрогать, убедиться, что он здесь. Живой. Пусть не мой, пусть будет у какой-то другой, но главное будет. Дышать, улыбаться, любить, мечтать.
А потом окунулась с головой в учебу, изнуряя организм тренировками и репетициями, чтобы прийти домой и сразу же провалиться в сон. Лишь бы не думать о нем. Лишь бы не сорваться и не набрать его номер, который выучила наизусть.
Но накануне отчетного концерта, когда я уже готовилась ко сну, позвонили в домофон. Оказалось, курьер.
Подумала, может, ошиблись? Но нет. Молодой парень из службы доставки вручил мне шикарный букет из белых роз. Волнение охватило все тело, сердце учащенно забилось, когда я достала маленькую записку, запрятанную между дурманяще пахнущими бутонами.
"Удачи! Н."
Руки задрожали, и в голове сумбур. Откуда он узнал? И зачем вообще все это, раз сам прогнал, раз дал понять, что ничего между нами не будет?
Злость и обида расползлись по венам ядовитыми змеями. Первая мысль - позвонить и спросить, какого черта он делает? Зачем тревожит снова? Долго размышляла, что написать в ответ. И стоит ли. Но немного успокоившись, решила никак не реагировать.
И вот спустя еще неделю после занятий у входа в универ я встретилась с Яном Мареком.
- Привет - заприметив меня он оторвался от капота машины, заправляя руки в карманы брендовой джинсовки, и двинулся мне навстречу.
- Привет - оглядываюсь на двери здания. - А у Полины еще, кажется, занятия идут во втором репетиционном.
- Знаю - парень переводит взгляд на циферблат часов, а затем возвращается ко мне. - Я тебя ждал.
- Меня? - удивленно вскидываю правую бровь. - Зачем?
- Поговорить. Отойдем? - кивает на лавочку рядом с аллеей.
- Ну, хорошо - растерянно отвечаю и первой направляюсь в сторону лавочки.
Сажусь, а рядом плюхается Марек, вытягивая длинные ноги.
- И о чем поговорить? - спрашиваю, покосившись на парня.
Только сейчас замечаю, какие у него красивые голубые глаза, как чистое небо.
- О Соколове.
Внутри сразу екает, а дыхание учащается, хотя и так нетрудно было догадаться, что речь пойдет о нем.
- А что с ним?
Ян поджимает губы, рассматривая меня в ответ.
- С ним все плохо. Тупит целыми днями в одну точку. Пересрался с лечащим врачом, грубит всем подряд. Как мудак себя ведет, честное слово. Но главное, совсем ничего не хочет. Не жрет нихрена, осунулся весь.
Отвожу взгляд на потемневший после недавнего ливня асфальт.
- А я тут причем?
Ян хмыкает.
- Не догадываешься?
Не знаю, что ответить. Разглядываю искрящуюся на солнце лужу, и чувствую, как грудь сдавливает. Медленно, вязко, перекрывая кислород.
- Лиль, навести его.
Жмурюсь, смаргивая подкатившую влагу, и мотаю головой.
- Нет. Никита сам меня прогнал. Сказал, что не хочет видеть.
- Да, все он хочет. Просто упрямый мудак. Спрашивает о тебе постоянно, заманал меня уже. Просит, чтобы я у Полинки про тебя узнавал и ему докладывал: как там у тебя дела, не появился ли кто. А после того, как букет прислал, и ты ничего не ответила, совсем расклеился.