— Внимание! Цель потеряна. Статус систем активной защиты — ожидание, — вспыхнула желтая строчка, а затем диаграмма состояния вновь залилась успокаивающим салатовым цветом. Рассудок удовлетворился возвратом ситуации в исходное состояние и перестал искать причины произошедшего.
— До завершения третей стадии проекта 'Рой' — семьдесят два часа… — медленно тикал таймер, пока рассудок все дальше и дальше погружался в пучину беспамятства.
Мышление замедляется и перестает следить за полотном событий в реальном времени. Вот третий цех ругнулся на нехватку титана, вот перезарядившийся конденсатор отключил подвод мощности от реактора — отдельные сообщения еще удается прочитать и осознать, но весь массив больше не проходит через меня. Каналы прямого доступа схлопываются один за одним, грозя оставить меня в благословенной темноте, но тут меня снова тревожит внешний раздражитель.
— Грей? — спросил тот же голос, что надоедал мне все две недели непрерывной работы.
— Слушаю, — теперь, после завершения проекта, можно заняться и менее важными делами.
— Отлично, скорость мышления приходит в норму… — обрадовались с той стороны.
— Странно, мне кажется наоборот скорость обработки информации замедляется.
— Так и должно быть, иначе твой мозг бы не выдержал.
— Не выдержал чего? — память снова просыпается и пытается подсунуть фрагменты прошлых разговоров, но там речь шла о каком-то угнетении нейронов и прочих непонятных вещах.
— Нагрузки. Обычный человек не протянул бы и дня в таком режиме… — отрешено прошептала девушка, словно параллельно занималась еще чем-то.
— Ты говоришь, словно я не человек, — память отказывалась называть точную цифру, но работа над проектом точно продлилось больше недели.
— Не человек? Ха… Дельное замечание, — фыркнула под нос Мелисса.
— Чего? — самосознание идентифицировало себя как человека и ничего больше.
— А ты взгляни, — по каналу связи ухнула довольно объемная фотография, выполненная в черно-красных тонах.
Ожидая увидеть обычное человеческое тело, лежащее в медицинской капсуле, я несколько оторопел от изображенного на снимке. Густой темно-красный гель плохо пропускал видимый свет, но все же некоторые подробности разглядеть удалось. Сквозь толщу проступили очертания нормальных человеческих ног, рук, части спины, а вот голова выглядела, словно к ней присосался осьминог. Место волос заняли гибкие трубы с палец толщиной, а сама кожа на затылке отсвечивала нездоровым металлическим блеском.
— Нравится? — вопросила Мелисса радостным голоском.
— Что… Что… Что это такое? — буквы никак не хотели складываться в слова.
— Кормилка. Прокачивает питательную смесь, обогащенную кислородом, напрямую через мозг, минуя внутренние органы. Ну, и система охлаждения, способная отводить до двухсот ватт избыточного тепла, — с легким хихиканьем молвила девушка, словно это не типичное больничное оборудование, а пыточный инструмент сумеречных гениев. Впрочем, она не преминула объяснить причину использования нетрадиционной медицины: — Прости, но внутривенное кормление просто не успевало напитывать мозг необходимыми минералами.
— Подожди, а что такое случилось с моим мозгом, раз потребовалась интенсивная терапия?
— Произошла подстройка имплантатов под параметры пользователя. Если по-простому, то они встроились в высшую нервную систему, скачком подняв умственные способности на неизвестную величину. К сожалению, насколько именно, определить не удалось.
— Из-за моей неадекватности? — осторожно поинтересовался я, так как воспоминания о первых днях в капсуле очень походили на творчество современных абстракционистов.
— Нет, банально не хватало времени. Твоя активация произошла слишком рано, и я просто оказалась не готова к некоторым проблемам, пришлось импровизировать на ходу.
— А просто заглушить нельзя было?
— Нет! Из-за программной недоработки модули заблокировались в режиме максимальной нагрузки, а жесткое извлечение повлекло бы за собой разрушение личности.
— Отлично, а почему я не знал об установленных месяц назад имплантатах? — я внутренне закипел просто из-за того факта, что меня не удосужилась поставить в известность о некоторых улучшениях организма.
— Может, потому что, кто-то сбежал? — Мелисса стойко парировала мой выпад. — Сразу не получилось, а потом как-то позабылось.
— Позабылось?! — захотелось сжать пальцы покрепче на лебединой шейке этого ученого.
— Не надо на меня кричать, ты ведь не один в капсуле торчишь! — огрызнулась девушка.
— Ага, но только у меня в черепной коробке появилось несколько лишних отверстий.
— Как будто у меня их нет, я ведь тоже использую прямую вентиляцию мозга.
— Зачем?
— Пришлось мобилизовать все ресурсы. Позже подробней расскажу, если ты не вспомнишь, а сейчас давай обсудим некоторые факты, пока ты адекватен.
'Значит, я все же побывал психом'… - отметил разум, уже и не знавший, за что цепляться.
— Не беспокойся, натворить ты ничего не успел, только начал выпуск второго поколения паучков и все, — поспешила успокоить Мелисса, словно услышав невысказанный вопрос.
— Пауки? Рой? — Вопрос заданный самому себе остался без ответа.
— Ну, подробностями я не интересовалась, не до того было.
— Проводила кучу обследований и проверяла теории? — увлеченная теоретическими изысканиями Мелисса могла и 'забыть' вылечить пациента.
— Ты не поверишь, но всю неделю отчаянно пыталась нас спасти, — произнесла девушка с явным сожалением об упущенных возможностях.
— И как?
— Не до конца. Личность стабилизирована, но пару тестов для пущей уверенности провести бы не помешало, а так осталось с дырками в затылке разобраться, да и иммунитет запустить.
— То есть, придется еще пару дней в капсуле поваляться?
— Ты преувеличиваешь мои скромные возможности, две недели как минимум! Иначе шансы — около тридцати процентов.
— Тридцать процентов, что выживу? — озвученная цифра вогнала меня в глубокую депрессию.
— Тридцать процентов, что умрешь! Хочешь искусить судьбу?
— Нет, пожалуй, откажусь, — даже с учетом корректировки шансы не очень велики.
— Вот и славно, а то мне одной в капсуле будет скучно.
— Так ты в моей же капсуле лежишь?
— Угу, где еще-то? Диагностический центр у нас только один. Так что радуйся возможности провести целых полмесяца в обнимку с привлекательной женщиной.
— А толку-то? Я же тела не чувствую! — подумал я и ужаснулся, так как помимо выделенного канала в мозг не попадала ничего! Словно тело находилось в абсолютно черной тишине, где нет ни силуэтов, ни звуков, ни запахов.
— Хм… В принципе, чувствительность вернуть можно хоть сейчас, но будет немного больно.
— Ррр, вечно у вас девушек так!
— Ну, если не хочешь, то обожди деньков пять-шесть. Да и вообще, тебе сейчас поспать не помешает, так что давай иди баиньки, а я тут поработаю…
Последние слова прозвучали, словно в тумане — это организм все же решил взять свое и отрубился. После многодневной работы черная пустота сна манила и притягивала, но мне не удалось познать радость забвения. Привыкший к нагрузкам мозг не угомонился даже во сне, а подарил мне возможность наслаждать невероятно насыщенными сновидениями.
Мне снилось, будто мы находимся в космосе на огромном звездолете, размером с целую луну или планету. Миллионы железных пчел висят вокруг корабля, переговариваясь на неведомом мне языке. Совместные полеты этого роя прекрасны, но моим вниманием завладевает корабль-носитель. Гигантские размеры и странная грушевидная форма не вызывают волнения души, так как главное открытие дня — корабль живой! Да, пускай его тело состоит из кремния и титана, но у него есть главное — душа. И эта душа обратила взор на меня, летающего неподалеку. Робкое прикосновение высшего разума, и я ощущаю себя всего-лишь песчинкой, полностью осознавшей размеры вселенной. А дальше воспоминания о сне размываются и уходят в никуда, даря такое желанное забвение.