Утро же начинается с череды открытий — это постепенно подключающаяся память восстанавливает хронологию событий. Воспоминания появляются не по порядку, но все же выцепить из них парочку фактов удается.
Так оказывается, что помимо нейросети Мелисса установила… нет, скорее испытала на мне прототипы имплантатов следующего поколения… Хотя следующим поколением их вряд ли назовут. Да и вообще, попадание в продажу этих образцов биотехнологий маловероятно. И не потому, что они имеют слишком высокие характеристики! Мощность субпроцессоров, количество ячеек памяти, пропускная способность каналов — все соответствует только третьему поколению имплантатов, успевшему два раза устареть.
И даже наличие слабого компьютера, развернутого на ресурсах имплантатов, не выводит их в лидеры, так как разница в основных характеристиках целых сорок процентов! Кто захочет променять повышенную скорость изучения баз на возможность пользоваться простеньким калькулятором, когда под рукой всегда есть гораздо более мощные устройства? Разве что гики из центра развития? Но и они скорей предпочтут специализированные импланты!
Единственным же бонусом этой экспериментальной серии, хранившейся в закромах Кии, является использование квантовых пар в качестве способа связи с внешним миром. Даже страшно подумать, во сколько обошлось создание столь миниатюрных приемо-передатчиков, но факт оставался фактом — я мог использовать до нескольких десятков каналов без всяких внешних устройств. И каждый из этих каналов нельзя обнаружить, прослушать или блокировать! А учитывая мгновенность передаваемой информации, так и вовсе сказка, если бы не одно но — дальность действия не более световой минуты. К соседним планетам зонд с передатчиком не отправишь, но для использования в пределах планетарной системы вполне подойдет.
Надо только переоснастить пауков и других дронов новыми типами связи, и прошлая проблема неустойчивости радио-контакта уйдет в прошлое. Собственно сказано — сделано, наметив план, я принялся воплощать в жизнь идею малозаметных беспилотных аппаратов, пока Мелисса вправляла мне мозги. Спонтанная активация сразу пяти имплантатов не лучшим образом сказалась на жизнедеятельности мозга, так что девушке пришлось буквально дни напролет исправлять недочеты прототипов. А учитывая их количество, становилась понятна причина, по которой Мелисса пересела на питание мозга соляным раствором — иначе она бы просто не успела отследить и подавить многочисленные побочные эффекты.
Моя же личность, находясь в слегка неадекватном состоянии, забила большой болт на процедуру лечения и увлеклась конструирование второго поколения дронов. И надо сказать больших успехов там не достигла: так, небольшое увеличение бронирования, оптимизация захватов — ничего серьезного кроме нового типа связи. Даже, как-то стыдно становится от осознания, что результатом усердной работы стал дрон, превосходящий старый всего на четверть, а стоящий на порядок больше.
'И чем только занимался целую неделю?' — задал я памяти вопрос.
— Хм… Дроны… Дроны… Еще раз дроны… О! Голограммы!.. Опять дроны… Дроны… Нужно больше дронов… — бурчал я, производя раскопки.
— Мда, только дроны и голограммы, не густо, — отметило сознание по окончании процесса дефрагментации воспоминаний.
Пришлось потратить целых десять минут на копание в записях имплантата, чтобы проглядеть во всех деталях минувшую неделю и удостовериться, что память меня не подводит. Многочисленные вмешательства Мелиссы ставили под сомнение работоспособность органической части мозга, поэтому пришлось полагаться на новые кибернетические части.
— Уж в них-то сомневаться не приходится! — пришла в голову смешная мысль. — Ну надо же, какая-то электроника лучше и надежней родных мозгов! Веду себя, словно дремучий средневековый крестьянин, считающий все непонятное проявлением темной магии. Верно говорят, что все страхи происходят из незнания, я же только инженер, а о работе головного мозга знаю чуть более чем ничего, вот и боюсь элементарной процедуры по установке имплантатов. Отличий же от стандартных с гулькин нос, только пара протоколов связи, а остальное давно проверенные и отработанные модули.
— Мда, срочно изучить уровень третий-четвертый по кибернетике и успокоиться! — сделал я внушение самому себе, отметив, что Мелисса не впадает в панику, когда ступает на борт Ренессанса, хотя он тоже можно сказать экспериментальный.
— Так, а пока надо просто отвлечься и испытать те же голограммы…
Марина, административный центр.
— Еще раз повторяю. Мне плевать, чем вы занимаетесь в рабочее время, хоть крестиком вышивайте, но поручения ДОЛЖНЫ выполняться в срок. Мы ведь платим за сделанную работу, а не за просиживание штанов! — отчитывала незадачливых работников покрасневшая от злости Марина.
— Но, мы ведь работаем по двенадцать часов в сутки… — жалобно проблеял Егор, выступавший в роли главы делегации.
— Опять двадцать пять! — Марина со злостью стукнула папкой с бумагами об столешницу.
— Мы стараемся изо всех сил, — прошептал парень, растерявший весь былой пыл.
— Стараетесь! Напрягаетесь! Света белого не видите! — злобно рычала Марина, пародируя причитания рабочих. — Выполняете все поручения злобной эксплуататорши, а она денежку зажимает!
— Но объясните мне, какого черта Имран, работающий от силы два часа в день и тратящий все остальное время на флирт с двумя девицами, успевает сделать все необходимое в срок, а вы нет??? — задала вопрос девушка.
— Он же скриптами пользуется… — прозвучала неуверенная отмазка.
— И что? Никто же не запрещал автоматизировать рабочий процесс! Могли бы тоже перенять опыт работы со строительными дронами, но нет же, пришли ко мне жаловаться! — Марина с презрением смотрела на семерку разношерстых людей, толпившихся у нее в кабинете. — И не надо рассказывать сказок про неумение программировать. Имран ведь тоже не умел, и ничего научился! Да, пускай у вас нет двух подружек программисток, но отец Федор всегда готов помочь в этом благом деле! Тридцать человек до вас смогли приобщиться к таинству написания кода, а вы какие-то особенные — не можете?!
— Так что заканчиваем весь этот аншлаг и марш на поклон к отцу Федору, если не хотите перейти в разряд уборщиков и мальчиков на побегушках, — закончила Марина свой монолог и уткнулась носом в стопку отчетов.
— Марш отсюда я сказала! — рявкнула девушка, когда заметила отсутствие каких-либо телодвижений среди гостей. Те никак не могли поверить в полный провал своего похода.
— Я не понятно выразилась? — проворчала заведующая персоналом, почти вышедшая из себя за время полуторачасовой беседы.
— Нет, уже уходим! — Егор все же перестал тормозить и засобирался на выход.
— Вот и отлично, желаю удачи, — процедила Марина, пока недовольные люди медленно и неспешно покидали помещение, словно надеясь заставить девушку изменить решение.
Только вот Марина уже повидала столько жалобных лиц, что все их попытки прикинуться беспомощными прошли даром — легкая улыбка, вот и все, чего они добились в ответ. Правда, стоило только последнему человеку покинуть помещение, как сквозь дежурную доброжелательную маску проскользнули нотки презрения. Марина слишком долго работала с людьми и прекрасно знала, что всегда найдутся индивидуумы, способные пойти на все, лишь бы не думать головой.
Понижение заработной платы, выговоры, штрафы — ничто не может заставить офисный планктон, действуя только по точной инструкции, использовать мозг по прямому назначению. В обычной экспедиции или организации это бы проблемой не стало, так как подсобных рабочих всегда не хватает, но здесь на корабле сложилась уникальная ситуация.
Получив в распоряжение универсальных дронов, люди тут же придумали способ облегчить себе жизнь — свалить уборку, готовку и прочие бытовые заботы на плечи железных автоматов. Смешно смотреть, как стоящая безумные деньги машина заправляет кровать или гладит одежду, но что поделать, если дронов на корабле завались, а вот людей не хватает?
— Эх, нанять бы еще пару тысяч человек, да выкинуть этих бездельников! — пробурчала Марина, сладко потягиваясь на кресле.