Они тут же подчинились. Я же, как и Лив, наблюдала, как демоны исчезали один за другим, обращаясь в пыль, пока последний из них не рассыпался, и всё снова не погрузилось в тишину.
В тот же миг двери всех камер распахнулись. Мама шагнула вперёд, за пределы нашей камеры. Мы стояли, затаив дыхание, глядя на неё, как и другие люди в соседних камерах. Мама оглянулась и кивнула нам, улыбаясь с редкой для неё уверенностью.
— Дети, выходим, — приказала она, голос её звучал твёрдо и уверенно. — Я не знаю, что происходит, но это наш шанс вырваться.
Мы пошли за ней к выходу, радуясь первой за долгое время надежде. Но, сделав несколько шагов, я заметила, что Лив остановилась и смотрела на тех, кто оставался в своих камерах, даже после того, как их двери открылись. Мы тоже остановились и оглянулись на неё.
— Почему вы всё ещё здесь? — громко спросила Лив, обращаясь к заключённым. — Это ваш шанс бежать! Вы свободны — выходите…
Наступила тишина, пока молодой парень, недавно просивший нас забыть о надежде, не подошёл к решётке и, нервно глядя на нас, не заговорил.
— А если это ловушка? — прошептал он с дрожью в голосе. — Мы выйдем, и демоны вернутся, чтобы схватить нас.
— Вы видели, как они исчезли у вас на глазах! Это ваш шанс освободиться от страданий, — с горячностью произнесла Лив, стараясь достучаться до них.
Но тут заговорил пожилой человек, который, казалось, провёл здесь не одну сотню дней. Он осторожно подошёл к своей двери и тихо закрыл её за собой.
— Демоны жестоко наказывают за попытки сбежать, — пробормотал он. — Нельзя уходить.
Остальные, глядя на него, один за другим тоже захлопнули свои камеры, будто запираясь в тюрьме, в которой они уже не надеялись найти выход.
— Что вы делаете? Это же ваш шанс обрести свободу… — голос Лив дрожал от сдерживаемых эмоций. — Вы правда готовы отказаться от возможности выйти на волю?
Я видела, как Лив искренне пыталась помочь им, но лица тех, кто оставался в своих клетках, оставались безучастными, замкнутыми. Они уже не хотели ничего менять. Я хотела подойти и поддержать Лив, но мама опередила меня. Она подошла к ней, аккуратно положив руку ей на плечо. Лив взглянула на неё, и мама медленно покачала головой.
— Лив, не пытайся. Им не нужна ни твоя помощь, ни твоя жалость. Они отказались от надежды выйти отсюда. Даже если двери открыты, без стражи или демонов, это ничего для них не значит. — Она с печалью оглянулась на людей в клетках. — Не демоны заперли их здесь, Лив. Они сами сделали это с собой. У нас нет времени на тех, кто не хочет выйти из своего плена.
Мы стояли несколько мгновений в тишине, потом Лив опустила голову, сдерживая разочарование.
Впереди нас раздался дрожащий женский голос:
— П-подождите…
Мы остановились и увидели, как к нам приближались несколько человек. Впереди шли две женщины и мужчина, окруженные детьми — их было не меньше тринадцати, в том числе наши ровесники. Они остановились перед нами, настороженно разглядывая нас. На их лицах отражались и страх, и решимость, но они всё же пришли.
— М-можно… можно, мы пойдем с вами? — тихо спросил мужчина, его голос дрожал, он слегка заикался.
Он выглядел молодым, не старше двадцати шести. Вместо левой ноги у него был грубо сделанный деревянный протез, видимо, довольно старый и изношенный. Правая рука тоже отсутствовала, а всё тело покрывали бесчисленные шрамы.
— П-пожалуйста, возьмите нас с собой! — подала голос одна из женщин, смуглая девушка с ребенком лет пяти на руках. Её лицо было осунувшимся и бледным, а левый глаз — пустой, правая кисть также отсутствовала. Её покрытые шрамами руки дрожали, но она крепко держала ребёнка, стараясь защитить его от любого возможного вреда.
Мама едва успела кивнуть, когда из одной из камер раздался грубый, наполненный яростью голос:
— Вы спятили?! — закричал мужчина, цепляясь за решётку и яростно глядя на тех, кто подошёл к нам. — Джимми, Кассандра, Эмми, что вы делаете?! Вернитесь в свои камеры, пока вас не увидели демоны!
Джимми, всё ещё дрожа, посмотрел на него, но отступать не собирался.
— М-мы не хотим так больше жить, — ответил он с дрожью в голосе. — Это наш единственный шанс. Шанс уйти отсюда… от этих пыток, этого страдания.
— Да! — добавила Кассандра, её глаза загорелись. — Я больше не выдержу это место.
— Если не о себе, подумайте хотя бы о детях! — произнесла одна из женщин в камере, её голос был полон страха. — Демоны будут пытать и мучать их ещё сильнее, если увидят вашу попытку сбежать!