– Во-вторых, поведение вашего старшего сына, Скотта, недопустимо. В школе он стал хулиганом, издевается над одноклассниками.
Скотт резко оттолкнулся от стены, его взгляд потемнел.
– Что ты сказала? – произнёс он, подойдя на шаг ближе.
Я не отвела глаз.
– В-третьих, ваша средняя дочь, Эшли… Она, возможно, хорошо учится, но её замкнутость – это проблема. Она почти не общается с другими, и это может плохо сказаться на её будущем, – сказала я и замолкла, ожидая их реакции.
Наступила тишина. Никто из них, казалось, не знал, что сказать. Первой нарушила молчание Эшли.
– Что ты, чёрт возьми, несёшь?! – вдруг выпалила она, её голос дрогнул от гнева.
– Эшли! – одёрнул её мистер Линкольн, но было видно, что он сам ошеломлён.
– А я что, не права? – резко продолжила она, даже не глядя на отца. – Врываешься в наш дом, читаешь нам мораль, будто знаешь нас! Кто ты вообще? И что это за родственник, который передаёт через тебя такие сообщения?
– Согласна с сестрёнкой, – буркнул Скотт, скрестив руки на груди. – Ты весьма подозрительна. Следишь за нами в школе, а теперь это… Ты кто такая?
– Меня зовут Руби, – произнесла я твёрдо, но тихо.
– Это ничего не объясняет! – выпалила Эшли, откинувшись на спинку дивана. – Давай уже, говори! Кто тебя прислал?
Я почувствовала, как нарастающее напряжение давит на меня. Взгляды Линкольна, Скотта и Эшли прожигали меня насквозь. Только маленькая Элис смотрела на меня с невинным любопытством, не понимая, что происходит.
– Хорошо, я отвечу на ваши вопросы, – наконец произнесла я. – Как я уже сказала, меня отправила ваша родственница. Она хочет, чтобы вы начали нормально жить.
– Кто этот родственник? – холодно спросила Эшли, её голос был полон подозрения.
– Не говори нам, что это какие-то дальние кузены, – фыркнул Скотт. – Нам плевать на их мнение.
– Нет, это не дальние родственники, – тихо сказала я, чувствуя, как начинает сжиматься моё сердце.
– Тогда кто? – наконец подал голос мистер Линкольн.
Я посмотрела на него, на его усталое лицо, на морщины, пролегающие по лбу, и на глаза, в которых было больше боли, чем гнева. Набрав полную грудь воздуха, я сказала:
– Та, кто отправила меня сюда, – это ваша жена и ваша мать. Кэтрин.
Комната замерла. Тишина стала оглушающей.
– Выметайся... – голос Эшли дрожал, в нём смешались злость и отчаяние. – Выметайся отсюда!
Её руки сжались в кулаки, но она старалась держать себя в руках. Её взгляд, полный боли, не отпускал меня ни на секунду.
– Кем ты себя возомнила?! – яростно выкрикнул Скотт, его голос звучал как раскат грома. Он шагнул вперёд, и я увидела, как напряглись его плечи. – Ты приходишь сюда, читаешь нам нотации о морали и ещё смеешь упоминать нашу мать?! Да кто ты такая?!
Его лицо пылало гневом, глаза горели так ярко, будто он готов был растерзать меня на месте.
– Дети, успокойтесь, – хрипло произнёс мистер Линкольн, но даже он с трудом сдерживал свои эмоции. Его голос дрогнул, выдавая подавляемую ярость. – Я не знаю, кто тебя прислал, девочка, но передай этому человеку… этому ублюдку, что у него получилось довести нас до белого каления. А теперь убирайся.
Я видела, как он сжал кулаки, как напряглась его челюсть. Он пытался сохранить видимость спокойствия, но я чувствовала, как за его словами кроется океан боли.
Я глубоко вдохнула, стараясь не поддаться их эмоциям. Моя задача была другой, я пришла помочь, но всё оказалось сложнее, чем я ожидала.
– Хорошо, я поняла вас, – сказала я, стараясь говорить ровно. – Так вы всё-таки не хотите меня слушать?
Я сделала ещё одну попытку. Последнюю.
– УБИРАЙСЯ ИЗ НАШЕГО ДОМА! – закричала Эшли, её голос сорвался на истеричный всхлип. По щекам катились слёзы. Она уже не могла себя сдерживать.
Я опустила голову. Боль, которой была пропитана комната, почти душила.
– Эх, я пыталась... – произнесла я тихо, будто для самой себя. – Кэтрин, тебе самой придётся всё им объяснить.
И прежде чем они успели понять, что происходит, за моей спиной развернулись огромные крылья. Белоснежные, сияющие в приглушённом свете гостиной, они заполнили всё пространство, будто растянулись до самых стен.
На мгновение наступила тишина. Воздух стал плотным, словно время замерло.
И вот, рядом со мной, прямо из ничего, появилась она. Кэтрин.
Её облик был таким ярким, что, казалось, он затмил свет в комнате. Длинные волнистые волосы струились по плечам, её глаза были полны силы и решимости. Она смотрела на них – на своих детей, на мужа – и её взгляд проникал глубже слов.