— Они занимаются не только торговлей, господин Маддердин. Это секта. Приносят жертвы…
— Человече, — сказал я ему, — даже если это и правда, то, насколько мне известно, а известно мне доподлинно, в Тириане есть представительство Святого Официума. Такой каменный дом неподалеку от крепости и ратуши. Ступай со своими проблемами к ним.
— Рука руку моет, господин Маддердин…
— Не хочешь ли сказать, что члены Инквизиториума продажны? — вздохнул я. — Ступай себе с Богом, Мариус ван Бохенвальд… или как там тебя… иди, пока я не потерял терпение.
— Господин Маддердин, — он явно испугался, — я не хотел вас обидеть. Прошу мне поверить, — сложил руки, словно в молитве, — умоляю, выслушайте.
Мне слишком часто приходится слышать мольбы, чтобы они произвели на меня впечатление. А ведь то были истинные и истовые мольбы, милые мои. Слова, произносимые раздавленными губами сквозь выбитые зубы, слова, с трудом выталкиваемые распухшим языком. И если уж те мольбы не тронули меня, то что могли изменить попискивания купчишки? А с другой стороны, отчего бы мне и не выслушать его? Это ведь в любом случае лучше, чем неподвижно лежать в грязной постели, верно? К тому же разговор с Мариусом ван Бохенвальдом позволял забыть о навязчивом соседстве клопов.
— Выслушаю, — ответил. — Но не испытывай моего терпения.
— Конечно, господин Маддердин, — сказал он быстро. — Я почти уверен, что Компания Шелковых Купцов — лишь прикрытие для языческой секты. Приносят людей в жертву речным богам и духам. Уничтожают врагов при помощи черной магии…
— Ох, Мариус, — зевнул я. — У купеческого соперничества должны быть свои пределы, а ты их явно преступил.
— Мастер! — Он снова молитвенно сложил руки. — Я знаю, что это звучит несколько… — сделал паузу, словно подыскивая слово, — страшно…
— Звучит глупо и странно, — поправил я его.
— Но если… — запнулся, — если во всем этом есть зерно правды? Если бы только вы захотели проверить все сами, на месте. Я покрою ваши расходы и буду рад предложить вам гонорар в триста крон. Независимо оттого, найдете что-то или нет.
Я чуть приподнял голову, и уже это движение меня крепко измучило.
— Откуда такое доверие? — спросил я с издевкой. — Вдруг я возьму деньги и отправлюсь проверять тирианских шлюх, а после скажу, что не нашел ничего подозрительного?
— Вы — друг друзей, — сказал он, и я почти услышал возмущение в его голосе. — Меня заверяли, что вы человек, всецело достойный доверия!
— Да-а-а… — протянул я. — Всегда приятно слышать подобные слова, когда они касаются тебя самого.
Я решился на непростое дело и спустил ноги на пол. Потом сел.
— Склоняешь меня к тому, чтобы занялся грязными делишками, — сказал. — Вообрази, в каком восторге будут инквизиторы Тириана, когда я прибуду искать ересь в их городе?
— Но ведь у вас есть лицензия Хеза, мастер, — ответил он мне.
И был отчасти прав. Теоретически Тириан подпадал под верховенство Инквизиториума Хез-хезрона, но вопросы компетенции всегда были весьма сложны. Одни законники говорили так, другие — эдак, а окончательное решение принимал, как повелось, Его Преосвященство епископ, к которому и обращались в случае любого конфликта и непонимания. Но существовало еще и нечто наподобие неписаного кодекса чести, а он весьма недвусмысленно требовал: не совать нос в чужие дела. Особенно когда никто не приказывал в них этот нос совать. Купец, верно, не сомневался, что я найду там богохульство, раз уж готов был рисковать деньгами. Конечно, я не исключал еще одну возможность: кто-то хотел меня скомпрометировать и создать вашему нижайшему слуге проблемы, потому и затеял всю эту интригу. Но для такого случая интрига не казалась мне достаточно изящной. Однако, может, в этом-то и дело? Вот только кто захотел бы опорочить бедного Мордимера?
Подумав минутку, я припомнил с два десятка человек, которые с радостью увидели бы меня изгнанным из города, без инквизиторских инсигний.
Но что мне мешало разыграть все дело с величайшей осторожностью и предусмотрительностью? Поплыть в Тириан, осмотреться, поговорить с местными инквизиторами, упомянуть о Компании Шелковых Купцов, а потом составить аккуратный рапорт Мариусу ван Бохенвальду? Несколько сотен крон на дороге не валяются, милые мои, а в Хезе не так легко найти людей, склонных их раздавать. Хуже, однако, если окажется, что в Тириане и вправду дурно пахнет и вашему нижайшему слуге придется с этой вонью что-то делать.
— Хорошо, — решился я. — Но это будет стоить дороже, Мариус.