— Я смотрю, мозги на место еще не встали, — хмуро констатировал дедушка. — И я сам тоже молодец. Поверил, старый дурак, что у молодого наследника все под контролем. План у него. На ровном месте угробить себя собрался?! И из-за чего? Всего лишь какие-то экзамены?! Да их сколько еще в жизни будет?
— Так, стоп! — поднял я руки. — Дед, я тебя вообще не понимаю. Ну проспал сутки. После такой нервотрепки с экзаменами неудивительно. Чего панику разводить?
— Так, Михаил, — вмешался отец. — Ты что последнее помнишь?
— Хм… — я напряг память. — Сдал экзамены. Вернулся домой. Вырубился… всё.
Кажется, я забыл что-то важное. Жанна?
«Ничего не знаю.»
— То есть ты не знаешь, что это такое? — он, поморщившись, указал рукой на серо-бурую гнилую массу, валяющуюся на столе.
Что за фигня? Погоди, формой оно напоминает…
— Не уверен, но у меня есть некоторые догадки, — честно признался я. — Что-то еще?
— Загляни в ванну. Только оденься.
— Хм? — я заглянул под одеяло и обнаружил, что лежал голышом.
Так. Жанна, а по этому поводу ты тоже не хочешь ничего рассказать?
«Загляни в ванну.»
Если все так настаивают, придется так и сделать. Я натянул предложенные шмотки, встал с кровати и слегка покачнулся. Тело казалось каким-то непривычным. Слишком легкое? Нет, дело в другом. Я бросил взгляд на короткий рукав кофты. Я что, вырос? Точно, с отцом теперь вровень. Эффект золотого яблока? Ладно, с этим мы разберемся позже.
Я открыл закрытую дверь в ванную и рефлекторно прикрыл лицо ладонью, пытаясь хоть как-то спастись от зловонного смрада, что ударил мне в нос.
— Фу! — скривился я. — Здесь что, потрошили чей-то труп?
— Вот и нам интересно… — усмехнулся отец.
Ванная комната была засрана так, словно в ней расположился филиал авгиев конюшен. Туалет — засран, заляпан жидкой рвотой. Раковина — засрана рвотой, кровью и загадочной черной слизью, которая больше всего и воняла. Слизь была вообще везде, но больше всего ее было в ванной. Словно в ней кто-то лежал, активно выделял слизь, а потом пытался помыться от нее. Или его пытались отмыть? И этот кто-то — очевидно я. Только порядок не совсем понятный. И откуда кровь? Я задумчиво провел языком по зубам и понял, что дантиста возможно будет ждать немало сюрпризов.
Что еще? Кучу вонючих тряпок, в которых можно опознать мою бывшую одежду, лучше вообще не трогать и сразу сжечь.
Какие из этого можно сделать выводы?
Жанна, спасибо. Правда. Похоже, ты меня спасла.
«Пф.»
И отдельное спасибо, что не стала подвергать ванную комнату тактике «выжженной земли».
«Пф. Пожалуйста. Только не думай, что мне не хотелось.»
Вывод второй — пока не вызову кого-то из Слуг-целителей, даже и не думать предлагать старикам золотые яблоки. Это если из меня столько дряни вылезло, то боюсь даже представить, как отреагирует пожилой организм. Посидят на серебряной донате-диете.
— Так… — задумчиво произнес я, закрыв дверь. — Давайте представлю дело с вашей точки зрения. Я долгое время не выхожу из комнаты. На сообщения и звонки не отвечаю. Утро субботы. Степан заходит в комнату, видит, что я сплю, сообщает об этом. День субботы. Я сплю. Вы начинаете переживать. Кто-то заходит в комнату и обнаруживает нечто странное на столе. Я не просыпаюсь, не реагируя на раздражители и попытки разбудить. Кто-то замечает состояние ванной. Похоже на… последствия тяжелейшей интоксикации. Такая реакция организма может возникнуть в результате передозировки алхимическими стимуляторами. Врача вызывали? Скорее всего да. Афанасий Савельевич сказал, что…?
— Пациент совершенно и полностью здоров, хоть сейчас на марафон, — усмехнулся дед. — А что пациент спит после экзаменов… он тоже спал сутками после сессии.
— Только вы ему не поверили, — хмыкнул я. — И вот он ушел, вы сидите с кислыми физиономиями и тут просыпаюсь я.
— Миша, скажи мне честно, — спросила мама Василиса. — Ты употреблял какие-то запрещенные стимуляторы?
Сложный вопрос, на который непросто ответить. Донатное яблоко стимулятор? Еще какой и очень эффективный. Вот только если я отвечу утвердительно, но с пометкой, что это не запрещенный препарат, мамы обязательно подумают, что их сын подсел на какой-то новомодный синтетический наркотик. И будут в чем-то правы.
Врать матери… врать семье… из маленькой лжи обязательно вырастет еще большая ложь.
— Секрет рода, — выкрутился я.
— В смысле? — нахмурилась мама Елена. — Это что за секрет такой, о котором даже мы не знаем?
А дед с отцом задумчиво переглянулись, и патриарх одобрительно кивнул мне, намекая, что такое объяснение подойдет.