Рогволд, взявший с собой кучу магического скарба, был традиционно скептичен и угрюм. Он явно не одобрял задуманное, но держал язык за зубами. Отбыли без лишних расставаний и проводов. Поднялись над взлетным полем и, на постепенно наращиваемой мощными движителями скорости устремились на запад, навстречу новому дню и маячившим на горизонте проблемам. А в том, что они будут, я даже не сомневался. Рогволд, судя по его хмурой физиономии, тоже.
Перед тем, как скрыться в своей каюте, Кречет попросил Ланского, как только будем подходить к границе, замедлить ход, подняться на предельно допустимую высоту и доложиться. Ланской выглядел несколько обеспокоенным, но ничего не сказал. Я же поднялся с нашим чародеем на смотровую верхнюю палубу и наслаждался свежим воздухом, ветром и открывающимися видами. А затем спросил у него, каким образом добытые в земле, похожие на стекляшки камни приобретают свои уникальные свойства.
— Некоторые считают, что энергокристаллы это наследие давнего прошлого, — с охотой начал отвечать на мой вопрос Рогволд, отвлёкшись от своих мрачных мыслей. — Наследство, доставшееся нам от наших далеких и неразумных прародителей, разрушивших прошлый мир. Понятно объясняю? Я читал, что Катаклизм был не просто войной на взаимное уничтожение, которая в итоге едва и не погубила все на свете… Это действительно был сущий ад, сошедший на землю. После него изменился сам облик нашего мира. И никто уже не знает, каким он был ранее, три тысячи лет назад. Так вот, некоторые учёные и маги считают, что найденные чуть более сотни лет назад в земляных отложениях, почти у самой поверхности, камни — это последствия Катаклизма. Тех изменений, что произошли тогда. Камни — это плод всемирной катастрофы. Новое отложение в земной коре, минерализация чего-то, что раньше, возможно, было известно под другим именем и обладало иными свойствами.
Сами по себе камни не способны творить то, для чего мы их используем. Это просто кристаллы, похожие на стекло или алмазы, куски минералов. Но у них есть уникальнейшее свойство. Они способны накапливать энергию, многократно увеличивать ее, а затем, в результате сложной, алхимической реакции, отдавать. И для того, чтобы кристаллы приобрели эти свойства, их в специальных лабораториях под контролем обученных людей должным образом обрабатывают.
Рассказ Рогволда невольно захватил меня.
— Каким же образом?
Чародей усмехнулся.
— А это знает только ограниченный круг лиц. Это одна из самых охраняемых тайн в Империи. Процесс создания энергокристаллов происходит в строжайшей секретности. Конечно, я знаю некоторые из предположений. И наиболее верным мне кажется одно. Камни погружают в специальный алхимический раствор, и зачаровывают определёнными заклинаниями. И на выходе получатся не просто стеклянная безделушка, а полный овеществленной энергии продукт. В зависимости от размера и качества камня, разный по мощности.
— И скоро запасам этих камней придёт конец, — подытожил я.
Рогволд раздраженно сплюнул за опоясывающие верхнюю палубу стальные перила, его балахон трепали порывы холодного ветра.
— Кто бы мог подумать, что все настолько плохо… Если я скажу, что вы с Кречетом влезли в очередную сумасшедшую авантюру, разве я не буду прав?
— А разве у нас есть выбор?
Волшебник поморщился и буркнул:
— Вообще то я рассчитываю дожить до возраста этого трухлявого пня, Леонида, но вы всячески мне препятствуете…
Я вспомнил самого старого чародея Цитадели, по словам Кречета не способного и свечку зажечь, и невольно рассмеялся. Леонид, как говорили, и по молодости особыми талантами не отличался. Хотя гонору у него было хоть отбавляй.
— Кстати, пока ты в Стуже геройствовал, я в твоем Имении побывал, — внезапно огорошил меня Рогволд, с непонятной улыбкой посмотрев на меня. — Пришлось отложить дела и смотаться. Ну, тут-то и расстояния всего ничего. За сутки обернулся верхом туда да обратно.
— А что за оказия такая? — разбираемый жадным любопытством, насел я на колдуна. — Неужто чего случилось дома?
Рогволд, закатив глаза, почесал лысую голову.
— Да сплюнь три раза, Алексей. Ты ж получил уже известие от своего управляющего, что твои доспехи Часового готовы? А кто, по-твоему, последний штрих наводил? Руны охранные на панцире вытравливал да заговаривал? Тетка Марфа?
Вон оно что! С новым пылом я возбуждено спросил:
— Ну и как тебе? Хороши? Черт, как же хочется их наконец увидеть… На пару с Игнатом вдвоём кумекали над их внешним видом.
— То-то мне показалось, что у проектировщика того, малость мозги набекрень, — задумчиво протянул Рогволд. — Точно, только в твою голову могло взбрести нечто подобное!