Я с возмущением уставился на засмеявшегося колдуна.
Оставив Рогволда и дальше дышать свежим утренним воздухом, я вернулся на вторую палубу гондолы. Думал заскочить к капитану, но все-таки решил спуститься вниз и покемарить в общей каюте. И когда уже думал, что благополучно туда доберусь, снова встретился с нею…
Ах да, я же еще не рассказал вам о прикомандированной к нам мудрым решением капитана единственной в рядах Часовых женщины. Ну… Кажется, я ей не особо понравился. Так-то.
Деваху звали Алёна Дорофеева. Служила она в Лютограде уже целых пять лет. Немыслимо! Я почему удивляюсь-то? В условиях сурового северного фронтира даже для Часового мужчины пять лет это немалый, серьёзный срок. Для девушки, на мой неискушённый взгляд, вообще казался запредельным. Но, тем не менее, Алёна тянула лямку на северных рубежах Империи рядовым бойцом Тринадцатой Стражи вот уже пять годков. И за это время заработала репутацию сильного и ловкого бойца, бесстрашного и сообразительного. Дорофеева была на хорошем счету у начальства и периодически отправлялась на дальние заставы, то в один форт, то другой.
И так уж совпало, что она оказалась на нашем корабле. Сейчас, когда обратно уже не воротишь, я начал припоминать, что Кречет, приняв моментальное решение о ее назначении в нашу команду «смертников», вроде как хитро так на меня покосился. Но тогда я решил, что мне просто показалось…
Когда она поднялась на борт корабля и принялась со всеми здороваться, я находился неподалёку, говорил с мнущимся рядом с трапом Твардовским. И когда на «Икар» взошла эта бестия, мы с юным чародеем отреагировали по-разному, но одинаково изумлённо. Твардовский, вытаращившись на нее, и вовсе предпочёл спешно ретироваться в недра корабля. У меня сложилось впечатление, что и простые, вполне себе заурядные бабы его пугают, а тут эдакое диво дивное!
Она была высокой, стройной, гибкой. В ней скрывалась жестокость и упругость стали. Двигалась с грацией пантеры, каждое движение очень уверенное и плавное. Ее походкой можно было залюбоваться, особенно сзади. Стройная, но с довольно крупной, очень тугой и высокой грудью, крутыми бёдрами и округлыми, идеальной формы ягодицами. Я получил возможность рассмотреть ее почти во всех ракурсах, когда она крутилась, посмеиваясь, перед Ростоцким и Рогволдом, перешучиваясь с ними, как со старыми добрыми знакомцами. Даже Кречет и тот скалился в дурацкой ухмылке. Ну и коза, невольно восхитился я!
Доспехи и оружие Алёны уже доставили на корабль и она поднялась последней, налегке. Только небольшой мешок с личным вещами на ремне за спиной. Одета она была в обтягивающие легинсы, форменную куртку с капюшоном и невысокие кожаные сапоги. В отличие от обычно короткостриженых Часовых, эта бестия могла похвастаться роскошной гривой откинутых на плечи и закрепленных в нескольких местах заколками густых, волнистых, черных волос. На высокий лоб падала непослушная чёлка. Никаких украшений, вроде серёг и колец. Точеные черты лица, крепкий, чуть заострённый подбородок, высокие скулы, очень чувственные, пухлые губы красивой формы и лукавые, темно-синие глаза, почти невероятного, фиолетового оттенка. Хм, мне кажется, что эта фурия очень бы даже неплохо поладила с моей сестренкой, Алисой. С Алисой, может, и да, а вот со мной нет!
Когда я подошел к ней, чтобы поздороваться, проявить такт и уважение к новой знакомой, она окинула меня довольно неприязненным взором глубоких лучистых глаз, в которых промелькнули совершенно непонятные мне эмоции, и насмешливо сказала:
— Не думала, что пока буду отсутствовать, дела в Корпусе пойдут совсем плохо!
Кречет лишь закатил глаза, видимо, прекрасно зная, что произойдёт дальше, махнул рукой и ушел в каюту. Ростоцкий же привычно хотел, было, заржать, но осекшись, недоуменно уставился на давнюю сослуживицу.
— Ты о чем, красотуля?
— О том, что в дальнюю разведку начали несмышлёных детишек привлекать, — Дорофеева смерила меня снизу вверх пренебрежительным взглядом и, обойдя по крутой дуге, насколько позволяли стенки трюма, словно я был каким заразным, скрылась в глубине корабля.
Сбитый с толку и задетый за живое, я с раздражением стиснул зубы. Ростоцкий успокаивающе похлопал меня по спине и сказал:
— Ты ей точно понравился!
— Да ты что?
— Я тебе говорю! Рогволд, да скажи ему! Что ежели наша амазонка на кого сразу зуб наточила, то в дальнейшем и глазок на него положит.
Наш боевой чародей усмехнулся, ни говоря ни слова. Отчего-то я Ростоцкому не поверил. Ишь ты, краля какая выискалась. Ладно, дальше поглядим…