Отложив молот, он начал зачерпывать из ящиков камни горстями и сыпать в вагонетку. Рогволд торопливо кинулся на другую сторону. Я поспешил к нему на помощь. Пещеру наполнил дробный грохот и звон сыплющихся на железное днище тележки прозрачных камней. Лиднер, как неприкасаемая личность, что-то торопливо чиркал в вытащенном из-за пазухи блокноте, пользуясь светом поставленных на пол у его ног фонариков. Не иначе как обсчитывает все находящиеся тут запасы. Чую, после этого рейда светит ему неслабая такая благодарность от Императора и князя Рокоссовского, у кого он там в непосредственным подчинении. Шутка ли, наткнуться на такую золотую жилу! Даже полностью заполнив вагонетку, куда примерно и вмещается с полтонны камушков, оставшихся здесь кристаллов хватило бы еще на пятьдесят лет обеспечения всех технологических нужд государства!
Пока мы сноровисто и не теряя более ни секунды драгоценного времени, бросали в тележку камни, я успел шепотом спросить у Рогволда о том, что мне показалось довольно странным.
— Рогволд. Я поверить не могу, что такой опытнейший боевой чародей, как ты, не распознал в этом проходимце колдуна!.. Как так? Ты же должен был его сразу учуять…
Швырнув в вагонетку полную жменю камней, наш чародей покосился в сторону Лиднера и также тихо и раздражённо зашептал:
— Да хрен его разберёт… Мне сразу бросились в глаза некоторые моменты, но на одних догадках далеко не выедешь. Каким-то образом он скрыл свою магическую сущность, свою силу. Готов теперь поклясться, что он носит на себе какой-то мощный амулет, гасящий возмущения магической силы. Давай-давай, Бестужев, шевели лучше граблями. А то я чую, что скоро здесь будет жарко…
Я и шевелил, еще как шевелил! Уже не глядя, кидая камни, пусть иные и пролетали мимо, с дребезгом падая на пол. Я уже не задумывался о том, какое богатство проходило через мои руки. Сам чуял не хуже Рогволда, что скоро придётся серьёзно попотеть и всё ожидал доносящегося из конца штольни упреждающего крика Алёны.
Тележка уже почти до половины наполнилась камнями, благодаря нашим совместным усилиям, когда Лиднер наконец убрал свои писульки и принялся нам помогать. На лице колдуна выступили бисеринки пота. Как видно, не особо он был приучен к простой физической работе. Ничего, не развалится. Я сознательно отошёл на ту сторону, где был Рогволд, чтобы оставить между собой и Лиднером как можно большее расстояние, и вновь случайно не дотронуться до него. Наверняка этот хмырь способен почувствовать мой проснувшийся Родовой Символ, голову даю на отрез! Вон он опять бросил на меня мимоходом крайне подозрительный взгляд. Черт, в если он напрямую пойдет в Верховному Магистру и доложит о своих наблюдениях, а тот, будучи тем еще умником, запросто сложит в уме два и два, добавив к этому уравнению собственные переменные?
Постепенно в пещере стало становится все теплее, а железная тележка все полнее.
— Достаточно? — прогудел Кречет. Практически непрерывный лязг и жужжание его силовых доспехов наполнили все помещение. — Вагонетка забита под завязку, господин Лиднер. А карманов у нас лишних нет. Здесь около полутонны, как нам и говорили.
— Полутонны! — расхохотался возбуждённый колдун. — Капитан, да здесь хранится столько, что дух захватывает. И это только уже добытые камни. А сколько еще их находится во всех этих штольнях! Эта шахта самая богатая из всех, что были разработаны в Империи! Две остальные по сравнению с ней просто жалкие руднички по добыче обычного железа.
Кречет бесцеремонно положил свой молот поверх засыпанной под самый верх тележки, обошел ее и, взявшись стальными руками за края, без особых усилий сдвинул с места, толкая перед собой. С противным скрипом, закрутившись, колесики впились в каменный пол, попадая в накатанные много лет назад колеи.
— На выход! — голос капитана не подразумевал никаких возражений. — Живо, живо! Рогволд первый, следом Бестужев, за ним господин Лиднер.
Конечно, мне было очень лестно, что в присутствии государева человека капитан уже в который раз называет меня настоящим именем. Но как бы потом он выговор не получил кое-откуда сверху. Наверняка же имперский колдун во всех подробностях доложит обо всех деталях проводимой операции. Да еще и приукрасит от себя, добавив к рассказу небылицы собственного сочинения.
Как только мы выкатилась из схрона, Лиднер торопливо закрыл бронированную дверь, мягко вставшую обратно в проем, и молча указал мне на нее. Я послушно хлопнул ладонью по пластине, вновь услышав, как внутри щёлкнули запоры. А потом уже не только я, но и мы все услышали, как издалека, из самого начала штольни, до нас донесся усиливаемый эхом звонкий голос Дорофеевой: