Наседающий на меня бронированный костяной бегемот был быстр, пожалуй, не уступал в скорости и закованному в доспехи Часовому. Но я-то был по пояс обнажён и ничем не стеснен. И двигался намного, намного проворнее любого Часового. А силой, даже без зачарованной брони, не уступал никому из них. И в самые ближайшие секунды намеревался сделать из этой твари фарш. Время уходило. Каждая утекающая секунда была на вес золота.
От выполнения обещанного меня отвлек отчаянный крик, полный боли. Кричал Ростоцкий.
Глава 19
Я ускорился. От парирующих мои удары мечом когтей чудовища одни щепки полетели. Злобно блестевшие в провалах костяных наростов глазки монстра выражали растерянность. Он начал отступать, неуклюже пятясь задом. Я замахал рунным клинком еще быстрее. Сделал пару ложных финтов, перехватил меч под прямой выпад и, вложив в удар всю силу, вес тела и скорость, воткнул клинок в грудную клетку чудища. Зашипело так, словно накалённый нож вошёл в масло. По чёрному лезвию меча ярким серебром вспыхнули руны, когда клинок проломил костяную броню твари, пробил грудину и поразил ее внутренние органы. Не задерживаясь, я тут же вырвал оружие. От лезвия поднимался легкий дымок. Из огромной, разверстой раны хлынула черная, вонючая кровь. Могучие когтистые лапы бессильно повисли. Чудовище неожиданно тонко всхлипнуло и набитым картошкой мешком тяжело рухнуло мордой вниз.
Не удосуживаясь проверить, издох ли он окончательно, я уже мчался на помощь к Ростоцкому. Моему товарищу приходилось совсем тяжко.
Часовой угодил в ловушку. Отступая к полуразвалившемуся дому, он не видел, что происходит за его спиной. Все внимание Ростоцкого было сосредоточено на напирающем на него огромном монстре, который был еще больше того, что достался мне. Уже лишившись двух или трёх когтей, порядком изрубленный и искромсанный огромным мечом, костяной гигант, не ведая страха, продолжал атаковать. Скорее всего Кирилл прикончил бы его через пару минут. Видно было, что силы израненного монстра на исходе и это его последняя, полная отчаянной злобы и ярости атака. И в этот момент из темного дверного проёма выскользнуло ещё одно чудовище и набросилось на Ростоцкого со спины.
И эта тварь, как мне показалось, была не менее опасна, чем наши прежние противники. Ну а на вид так и вовсе просто омерзительна. И как они все тут уживались?
Почти бесшумно выбравшаяся из сто лет как брошенного людьми строения, скользя над землей гибкой черной лентой, тварь была похожа на громадную сколопендру. Я как-то читал, что доисторические многоножки миллионы лет назад вымахивали почти до трех метров. Что ж, порождённая иномирной скверной тварь была почти в два раза длиннее. Огромное, сегментное тело, невероятно широкое и уплощенное, покрытое угольно-чёрными хитиновыми пластинами, с многосуставчатыми парными ножками, ловко несущими отвратительное тело. Раздвоенный истончающийся хвост, вытянутая вперёд щелкающая гигантскими жвалами с клыками как у смилодона омерзительная морда.
Тварь бросилась Ростоцкому на спину, повиснув всей массой, придавливая к земле и вгрызаясь исходящими, скорее всего ядом, клыками ему в плечо. Не ожидающий подобного нападения Часовой выронил меч, схватившись обеими руками за вырастающую из бронированного тела голову мерзкой твари, пытаясь оторвать от себя. Но чудище держалось крепко, упираясь хвостом в землю, хватаясь за железное тело жертвы, и со скрежетом смыкая клыки на стальном наплечнике, проминая пластины.
Получив неожиданную поддержку, костяной монстр, хрипло взревев, тараном набросился на беззащитного человека. Его когти-ятаганы с размаху вонзились в кирасу Часового. Два чудовищных клинка пробили панцирь, впиваясь в тело Ростоцкого, оставшиеся с хрустом ломающихся сухих веток разлетелись на куски. Вписавшись в Кирилла, чудовище торжествующе взревело, погружая природное оружие ещё глубже в грудь моего друга и сослуживца…
Все это я успел ухватить за те ничтожные доли секунды, пока огромными прыжками мчался на выручку. Ростоцкий снова закричал, когда громадная многоножка прокусила-таки его наплечник и погрузила клыки в плоть. Терзаемый с двух сторон тёмными тварями Часовой оказался в смертельном капкане.