«Постой! Не в ту сторону идешь. Гостиница вон там находится».
«Спасибо»
«Кстати, скорее бежать отсюда — удачная идея. Боюсь, как бы кто вдруг не заметил, как ты дверь создал. Нужно затеряться в толпе и шустро топать ножками».
«Иди ты!» — я был страшно зол на Алана и не собирался от него это скрывать. Продирался сквозь толпу людей, правда, теперь, в нужном направлении. К защитникам города присоединились, обычные горожане, потому людей было так много, что пройти сквозь них было очень не просто.
«Ну, извини меня. Ты вовсе не трус! И ты прав!»
«Еще раз послать?» — предложил я.
«Нет, главное иди в правильном направлении!»
Глава 22. Второй рассказ Алана
До гостиницы добрались быстро и без малейшего намека на приключения. По дороге зашли к дяде Антону и предложили ему уйти сегодня ночью вместе с нами. Предложение его немного шокировало, видимо не ожидал столь скорого отбытия, но принял он его сразу и с удовольствием.
В гостинице мы моментально повалились на кровати. Только раздеться и успели. Перенервничали настолько, что сил не осталось даже на ужин. Больше всего на свете хотелось отдохнуть.
Свет включать не стали, поэтому в комнате было темно, хоть глаз выколи. Полежав пару минут, я начал кое-что различать в темноте — очертания предметов, вещей, лежащего на спине Алана.
— Ал, ты не спишь?
— Нет, смысла в этом не вижу. Скоро уже отправимся на Станцию — там-то и высплюсь. А что?
— Помнишь, ты мне обещал рассказать, как получилось, что ты вдруг оказался агентом Света?
— По-моему сейчас не самый лучший момент, — буркнул он в ответ.
— Почему же? Нам ни кто не мешает, ничто не угрожает, да и время как-то убивать надо. А то на Станции тебе было некогда, в мире Даны не хотелось. Начинает складываться впечатление, что ты вовсе не собираешься исполнять свое обещание!
— Зачем тебе это? — тихо спросил он.
— Как это зачем, интересно же! У меня дома из детей не делают секретных агентов. А тут ты так буднично об этом рассказываешь, словно для твоего мира это норма.
Алан тяжело вздохнул.
— Нет, у меня дома это вовсе не норма, напрасно тебе так показалось. Пойти в агенты было крайней мерой, но иного выхода я просто не видел.
— А я думал, ты по идейным соображениям подался. Вроде как у вас в семье такая традиция, передающаяся из поколения в поколение, и ты пошел по стопам отца и деда.
В темноте раздался смешок Алана, который вовсе не показался мне веселым.
— Ты почти угадал — у нас действительно в семье есть схожая традиция. Ты ошибся в одном — мы служим вовсе не Свету. Многие поколения моей семьи предано служили делу Тьмы!
В окружавшей нас в комнате тишине и кромешной темноте, от слов Алана, от того, как он это сказал, повеяло жутью.
— Но как так может быть? Ты же агент Света! Неужели ты предал своих?
— Вовсе нет! Наоборот я как могу, помогаю семье.
— Я ничего не понимаю, — признался я. — То есть ты пошел против родителей, и в тоже время, их не предавал?
— Все было совсем не так. Понимаешь, я никогда не воспринимал войны Света и Тьмы всерьез. То есть она шла, и все о ней знали, но для меня война — это открытые боевые действия, когда армии, нападают друг на друга. У нас же это противостояние шло скорее на политическом уровне. Половина аристократии планеты поддерживала одну сторону, вторая — другую. Я даже не знал, на чьей стороне мои папа и мама. Они были родителями, умными и добрыми, любящими — этого мне было более, чем достаточно. Их все очень уважали. Мои родители просто замечательные люди. Я, начитавшись книг, считал, что они служат Свету — слишком уж они как люди, соответствовали образу слуг Света.
— Подожди, и отец тебе никогда не говорил, кто они на самом деле? Не пытался объяснить, на чью сторону должен встать ты?
— Нет, все было иначе. Он рассказывал про обе стороны в этом противостоянии — это когда я был совсем маленьким. Затем, когда подрос, то уже сам начал читать книги, пытаясь во все это вникнуть — но читал то, что сам хотел. Никто меня ни в чем не ограничивал и ни к чему не подталкивал. Папа готовил меня к выбору, который я должен был совершить рано или поздно. Но который я должен был бы сделать сам. Понимаешь?
— Не совсем, — признался я. — Как это давался выбор? Неужели они бы допустили, чтобы в их стройных темных рядах затесался агент света? Да и вообще, ну кто согласится встать на сторону дьявола?
— Артем, друг мой, ты сильно путаешь. На самом деле, никто и не говорит, что, встав на сторону Света, ты станешь служить Богу, а если займешь другую сторону, то будешь в рядах сторонников его оппонента. Это всего лишь две могущественные организации, которые могли бы называться «А» и «Б». Какая из этих букв лучше? Многие светлые считают, что за их организацией стоит сам Бог, что корни их могущества, уходят к Создателю. Во многом, теорию подтверждает и тот факт, что на стороне тьмы, нередко выступает — вампиры и оборотни, суккубы, демоны, и прочие существа, которые у людей прочно ассоциируются со злом. Но они на стороне Тьмы вовсе не потому, что служат Дьяволу. Просто светлые, никогда бы не приняли в свои ряды, этих существ. Но оставлять их никому не подконтрольными тоже нельзя — они ведь именно то самое злое, о котором ты говоришь. Они будут убивать ни в чем не повинных людей, просто потому, что их к этому подталкивает собственная природа. Встав на сторону Тьму, им пришлось подчиняться общим правилам. Больше никаких убийств, и прочих ужасов, они себе позволить не могут, иначе Тьма накажет. Я не исключаю, что изначально их начали принимать вовсе не из таких побуждений, а исключительно из желания укрепить свои ряды, заполучив сильных соратников. Вот, а по поводу людей тьмы. Тьма обозначает всего лишь сторону, но не мировоззрение. Они считают правильным до конца отстаивать свои идеалы. До конца быть верными чести и нравственному закону. Они стараются, прежде всего, быть хорошими людьми. Все мне известные темные очень набожные люди. Причем не напускно-набожные, а истинно верующие. Они верят, что Бог станет судить их по земным делам, а не за то, кому они служили — потому и ведут себя предельно честно по отношении к самим себе, окружающим и Творцу.