— С тобой все в порядке? — спросила она, видя мое замешательство. Я кое-как исхитрялся и утвердительно кивнул головой.
Все, хватит, нужно начинать что-то говорить. Все равно не получится промолчать весь вечер.
Собравшись с мыслями, и с силами я выдавил из себя:
— Привет. Ты выглядишь потрясающе!
Что ты несешь?! — заплакал мой внутренний голос.
Однако ей, похоже, мой неказистый комплимент пришелся по вкусу. Дана тихо произнесла:
— Спасибо.
Одно короткое слово окрылило меня. Если бы подпрыгнул, то наверняка смог бы взлететь и долго еще нарезал круги над гостиницей. Во мне появилась уверенность, которую тщетно пытался вдохнуть в меня Алан.
— Ну что, пойдем? — спросила она. Поток красноречия во мне иссяк, поэтому я вновь просто кивнул головой.
Мы вышли со двора, и пошли вверх по улице. Шли молча. Негромкий стук ее каблучков по каменной мостовой эхом отражался от стен и летел впереди нас.
На мир опустилась ночь, окончательно вступив в свои права.
Благодаря включившимся уличным фонарям на улицах было светло. Изредка навстречу нам попадались столь же неспешно, как и мы, прогуливающиеся парочки. Только, в отличие от нас, они шли, взявшись за руки и тесно прижавшись, друг к другу. С одной стороны я им завидовал. Но с другой стороны, если бы сейчас Дана, взяла меня за руку, я бы точно лишился чувств.
— Артем?
— М-м-м?..
— Можно вопрос?
— Да, конечно, — ответил я и сам удивился тому, как спокойно прозвучал мой голос.
— Ты давно знаком с Аланом?
— Ну, как, — замялся я. Попытался посчитать точно, но понял, что даже один плюс один сложить без калькулятора не смогу. — Несколько дней. А что?
— Да так, просто интересно. Странный он какой-то. То вроде нормальный парень, веселый. А то вдруг резко меняется. Замыкается в себя и ощетинивается словно ёж. Становится жестоким и злым. Я уж молчу, в какого зверя он превращается, когда разговор заходит про его родителей.
Вот уж не ожидал, что в наше первое свидание, мы, с самой прекрасной девушкой в мире, станем говорить о моем новом друге! Может быть, потому-то и ляпнул очередную глупость:
— Ага, а потом идет к себе в комнату, и пока никто не видит, плохо обо всех думает!
— Что? — весело рассмеялась Дана. Я смотрел на нее и чувствовал, как сердце мое замирает. Мне удалось ее рассмешить!
А вообще-то — я молодец! Довольно корявая шутка, но прозвучала к месту, и, похоже, Дане понравилась. Можно было смело записывать очко себе на счет!
— Ты знаешь, мне он, нравится, — ответил я ей. — Хороший парень. С тараканами в голове — это ты, верно, заметила — но у кого их нет?
— Не знаю, — Дана, пожала плечами, — просто хочу сказать, чтобы ты был с ним настороже.
— Хорошо, — пообещал я, — постараюсь.
Дана, взяла меня под руку, и дальше мы шли как самая настоящая пара. Сомнения и страх отступили и напоминали о себе тихим писком, который я вполне мог игнорировать.
Притерпелся.
Мы вышли на небольшую полукруглую площадь, посреди которой была статуя с фонтаном. Что-то очень напоминающее дельфина будто выпрыгивало из бассейна и изо рта у него била струйка воды. Снизу воду подсвечивали огоньки, раскрашивая ее во всевозможные цвета. Блики играли, прыгали по стенам домов.
— Нравится?
— Еще бы, — искренне ответил я.
— Здесь помимо лампочек, еще особым образом установлены зеркала, так, что бы освещалась вся площадь не только днем, но и ночью. Здесь всегда красиво, но по ночам в особенности. Недаром улицу назвали «улицей вечных бликов», — пояснила Дана.
Мы постояли несколько минут любуясь. Легкий ветерок поднимал рябь на поверхности воды. От этого разноцветные блики приходили в движение, и начинали передвигаться по стенам и крышам домов, по мостовой, по человеческим лицам. Сама же вода переливалась всеми цветами радуги — как будто со дна ее освещала упавшая звезда.
Самая настоящая магия разливалась вокруг. Неведомый мне инженер вложил в этот проект часть своей души и сердца, наполнил это место светом и добротой.
Дана была здесь не в первые, но я видел, что она совершенно очарованна. Она чуть сжала мою руку, и я погладил ее пальчики в своей ладони. Она едва заметно улыбнулась моему касанию, моей неуверенной ласке.
Через некоторое время, вдоволь налюбовавшись, мы отправились дальше.
Фонари, на этой улице, стояли не так часто, поэтому она оказалась освещена значительно слабее. Зато создавалась ни на что не похожая романтическая обстановка. Только я, она, ночь, куча звезд и мягкий полумрак, который так и хотелось назвать интимным.