– Подожди, – уговаривала она больше себя, чем неразумное дитя. – Вот сейчас немного отдохну и снова пойдем. Мы же близко совсем. Вон уж и дымом тянет, чуешь? Я и лесок этот знаю.
Мальчонка смотрел на нее, будто понимая, и доверчиво прижимался в поиске тепла. Найдана села на колени, обхватив ребенка так, чтоб защитить от ветра и снега. Ее распущенные волосы укрывали их, как покрывало, вот только тепла-то от них совсем немного. Ручки, ножки у ребенка были совсем ледяные! Даже шерстяная понева не справлялась с таким холодом. Найдана растерла конечности малыша, как могла, хотя у самой пальцы уже занемели. Эх, хоть бы платок был, завернула бы в него дитя, все ж теплее было бы. Так ведь нет платка! В чем были, в том и выбрались из горы. Совсем ведь немножко осталось до деревни. Неужели вот так замерзнут тут, так и не дойдя?.. Скоро уже темнеть будет. Неужели все было напрасно?.. И Радомир, и Пересвет с Забавой – все зря?
– Вот отдохнем немного и пойдем дальше… – бормотала она, понимая, что от холода язык уже не слушается.
Начало клонить в сон. Найдана даже вдруг перестала чувствовать холод. Становилось как-то спокойно и безразлично. В ее путающемся сознании возникали светлые радужные образы. То они с матерью примеряют наряды из сундука; то Пересвет кормит ее с ладони земляникой; Ведагор хитро улыбается одними глазами, скрывая улыбку в густой бороде; где-то лает пес, должно быть, опять мальчишки дразнят. Вот Радомир несет ее на руках, Найдана даже чувствует тепло его тела, и ей все равно, куда он ее несет, лишь бы быть с ним рядом. Зара улыбается над ее кроватью, и солнечный луч запутался в ее светлых волосах:
– Просыпайся, моя девонька. Пора вставать, – ласково говорит она, – очнись уже.
– Мама… – одними губами прошептала Найдана и открыла глаза.
Свет от огня разбивал полумрак и загонял его в темные углы. Огонь? Здесь, в лесу? Да, мягкий, теплый свет, трепещущий и живой, гоняющий тени по бревенчатым стенам. Найдана не сразу поняла, где она. Не было ни снега, ни ветра, ни деревьев вокруг, она лежала в чьей-то избе, закутанная в теплое овечье одеяло. Кто-то, не переставая, тряс ее за плечо.
– Очнись! Очнись уже! – слышался женский голос, совсем не похожий на голос матери.
– Где я? – спросила Найдана.
Она чуть повернула голову и наткнулась взглядом на зареванное лицо Беляны.
– Очнулась, голубушка! Спасительница ты моя! – запричитала та.
Найдана тут же вспомнила про ее сына, дернулась, но подняться не смогла.
– Что с дитем? – с тревогой спросила она.
– Все хорошо. Даже не приболел. Спит вон в люльке. Все ведь благодаря тебе. Ты его спасла. И от Жировита, и от холода. Я все глаза выревела, когда Жировит его забрал. Не знала, куда бежать. Думала, уж никогда больше не увижу свое дитя, – Беляна выла во весь голос.
– Сейчас-то чего ревешь? – тихо произнесла Найдана.
– От всего, – махнула рукой Беляна и утерла концом платка слезы, – и тебя жалко; и как подумаю, что вам там пережить пришлось; и от радости, что все обошлось.
– От радости – это хорошо… – вяло проговорила Найдана. Вряд ли Беляна даже наполовину догадывается, что им пришлось пережить и каких жертв стоило спасение ее сына. И пусть ничего не знает.
– Вас ведь Брехун нашел. Вдруг ни с того ни с сего лаять начал, выть. Я ему и поесть вынесла, и уж ругалась на него, а все гавкает да гавкает. Аж заливается! Будто нужно ему куда-то, да вот только по-человечьи сказать не может. С привязи рвался так, что думала, удавится! Глаза выпучил, так затянулся веревкой, что даже лаять не мог, хрипел только. Отвязала. А он с лаем прямиком в лес бросился. Ребятишки за ним побежали, вот Брехун их к вам и привел. Раньше бы понять-то, что ему надо! Да отпустить бы. Родное дите в сугробе замерзало, а я на псину ругалась… Псина и та чувствовала, а я… мать непутевая… А кабы вообще не отвязала?.. – Беляна опять заголосила.
Найдана устало закрыла глаза и молча слушала. Вот, значит, чей лай донесся до нее сквозь забытье. Значит, это было на самом деле. Потом ее кто-то нес на руках, а ей чудилось, что это Радомир… Найдана судорожно сглотнула и отвернулась лицом к стене. Слезинка выкатилась из-под ее ресниц, чуть задержалась и быстро скатилась по виску, затерявшись в волосах.
– Ты лежи, отдыхай, – Беляна заботливо подоткнула одеяло и вдруг спохватилась: – А что делать, если Жировит опять придет?