– Потряси его легонько, чтоб все смешалось, – подсказал Ведагор.
«Чему там перемешиваться? Я и так достаточно хорошо перетерла порошок», – подумала Найдана, но спорить не стала и круговым движением раскачала горшок. Внутри послышалось бульканье, как будто это была жидкость. Но Найдана была уверена, что кроме вонючего рыжего газа и порошка, который она сама же сделала, там ничего не было.
– А теперь нужно, чтоб жизнь соединилась со смертью. Кусочек мира Нави ты уже положила, теперь нужно что-то из мира Яви, – произнес Ведагор, не сводя взгляда с Найданы.
– Но что же это? – не поняла Найдана.
– Ты должна забрать жизнь у живого существа и добавить ее в зелье, – сказал Ведагор так, будто речь шла об обычном деле.
Найдана удивленно посмотрела на старца.
– Забрать жизнь?.. Но это же черная магия! – воскликнула она, не поверив своим ушам. Неужели Ведагор сам велит ей сделать это?
– Поэтому мне без тебя не обойтись… Она не подвластна мне… А ты сможешь.
– Но ты же говорил, ты же сам запрещал мне пользоваться черной магией! – прищурившись, Найдана смотрела на старца. Должно быть, он просто проверяет ее. – Да и как я могу забрать жизнь? Нет, я не могу.
– Я долго думал, девонька, как обойтись без этого… Если бы я мог, то ни за что не впутывал бы тебя. Но если этого не сделать, тьма вырвется из моего бренного тела, и тогда всем будет плохо. Я чувствую, что недолго мне осталось… Нет больше сил сдерживать эту тьму.
– А как же ты? Что будет с тобой? – спросила Найдана.
Ведагор промолчал, но Найдана и так знала ответ. Ее глаза вдруг наполнились слезами. Она быстро опустила взгляд, не видя, уставилась на горшок с зельем в своих руках, и потревоженные слезы тут же брызнули из глаз.
– Ты сделаешь это? Это единственный шанс все уладить. Черную магию можно погасить только черной.
– А что будет со мной? – шепотом спросила Найдана. – Ведь ты же говорил…
– Ты прости меня, внученька. Прости, что заставляю прикоснуться к черной магии… Это зло и погибель для всего светлого, что есть в тебе, но так ты сможешь остановить великое зло, которое иначе обрушится на род людской. Сколько жизней так можно будет спасти… Я верю, что ты сильная и справишься. Не зря же я увидел в тебе эту силу, когда ты была еще совсем малышкой, – Ведагор улыбнулся и протянул руку, чтоб прикоснуться к Найдане, но слабая рука вяло упала обратно.
– Я сделаю это, – тихо сказала Найдана, утерев слезы. – Ты только скажи как. Чью жизнь мне нужно забрать?
Ведагор молча указал на курицу. Птица кротко квокнула и посмотрела на нее одним глазом, будто поняв, что речь шла о ней.
– Ты хочешь, чтоб я свернула ей шею? – Найдана судорожно сглотнула. Куриной похлебкой никого не удивить, но Найдана никогда не воспринимала ЭТУ курицу как составную часть похлебки. Они же зиму вместе зимовали, Ведагор с ней разговаривал, как с человеком. Эта курица была частью маленького мира, который сейчас разрушался прямо на глазах.
– Этак мог бы сделать любой человек, не владеющий колдовством. Нет, ты должна забрать жизнь так, как это может сделать только темная ведьма. Помнишь, я учил тебя, как возвращать жизнь? Точно так же темные могут и забирать… Я так надеялся, что тебе никогда не пригодятся эти умения… Но никто, кроме тебя, не сможет мне помочь, ни один темный не согласится на это…
– Я сделаю, – тихо сказала Найдана, не заставляя Ведагора и дальше тратить силы на объяснения. Ей стало ясно одно: это нужно сделать и, кроме нее, этого не сделает никто.
Она осторожно взяла курицу, прижав ей крылья руками, и сняла с насеста. Птица не сопротивлялась, она знала Найдану и доверяла ей. От этого становилось только больнее на душе. Положив курицу себе на колени, Найдана прикрыла ее ладонями. Та, немного пороптав, пригрелась и затихла. Рукам становилось все теплей, на кончиках пальцев почувствовалось знакомое покалывание. Теперь Найдана ощущала ту самую жизнь внутри этого маленького тельца, которую ей нужно вырвать. Это был некий сгусток, который пульсировал и излучал тепло. Он был такой реальный, что его можно было потрогать. Вот Найдана приподняла одну руку и почувствовала, как сгусток дрогнул, потянувшись за ней. Курица забеспокоилась. У Найданы сжалось сердце. Никогда она не хотела становиться причиной чьих-то мук, пусть даже обычной курицы. Может быть, Ведагор остановит ее? Скажет, что есть другой способ? Но Ведагор молчал, а времени оставалось все меньше. Она решительно подняла руки и безжизненное тело курицы тут же обмякло, ее голова безвольно свесилась, а под ладонями Найданы завис маленький сверкающий шарик – жизнь. Он был бестелесный, как свет, но послушно двигался за рукой Найданы. Она чуть приоткрыла крышку на кувшине и поднесла туда руку. Оказавшись над горлышком, сверкающий шар сам отцепился и упал в кувшин, при этом звонко булькнув. Найдана заглянула внутрь: теперь там не было ни газа, ни порошка, а лишь жидкое зелье. Все его составляющие были собраны, зелье зашипело, по поверхности забегали белые крошечные пузыри, которые с тихим потрескиванием лопались и тут же появлялись снова. Некоторые из них увеличивались в размерах и, вдруг лопнув, выпускали наружу белый дым. Рыжего вонючего газа больше не было, он словно отдал все свои свойства снадобью, очистился, перейдя в какое-то другое свое состояние. Зелье созревало и было уже почти готово.