Вдруг калитка скрипнула и открылась, чуть подтолкнув Найдану. Она быстро обернулась, беспомощно шаря руками в воздухе.
– Что ты тут делаешь? – недовольно спросила Зугарха.
– Я хотела выйти, – честно ответила Найдана. Обманывать Зугарху было бессмысленно, но недосказать часть правды – почему бы нет? Старой ведьме вовсе ни к чему знать, что Найдана не просто хотела выйти за ворота, а намеревалась сбежать отсюда.
– Глупая девчонка! – засмеялась Зугарха. – Эту калитку может открыть только стражница. Иначе шастали бы тут всякие кому не лень. Если ты выйдешь в мир до превращения, то сразу погибнешь. Я уже не смогу сделать, чтоб ты возродилась. Вот станешь стражницей, тогда и выходи.
«Значит, мне уже никогда не выбраться отсюда», – обреченно подумала Найдана и опустила голову.
Зугарха, проходя мимо, нечаянно прикоснулась к Найдане и на мгновение замешкалась, будто почуяв неладное.
– Пойдем-ка в истьбу, – заторопилась она, помогая девушке подняться.
– Отпусти меня!.. – жалобно взмолилась Найдана, прижав руки к груди. – Из меня не получится стражница. Я ошиблась, когда пришла сюда. И ты ошиблась, признав во мне преемницу. Отпусти…
Зугарха медлила. Найдана слышала ее шумное дыхание. Будто она была взволнована или встревожена.
– Отпущу, отпущу… – забормотала наконец Зугарха. – Только нужно тебя сначала к мирской жизни подготовить.
Найдана послушно пошла, ведомая старой ведьмой, в избушку. Там Зугарха снова дала ей березовый сок с ноткой странного привкуса, и вскоре Найдана забыла, что хотела куда-то уходить. Она сидела на лавке, безвольно опустив руки, одна из которых, перетянутая заговоренной нитью, уже совсем посинела, кожа на ней потрескалась и местами свисала клочьями. Старуха помогла ей прилечь и погладила по голове, тихо приговаривая:
– Что произошло?.. Что тебя разбудило? Неужели я что-то упустила? Что могло нарушить мои планы?
Никак не реагируя на слова Зугархи, будто не слыша их, Найдана тихо лежала на лавке и не шевелилась.
Глава 7. Побег
Сколько прошло времени, Найдана не знала. Сначала она еще пыталась считать дни, но с закрытыми глазами это трудно делать. Сон, еда – все было не по расписанию, поэтому ориентироваться по ним было невозможно. К тому же мысли так путались, что Найдана иной раз не могла понять, где сон, а где реальность, а уж тем более, день на дворе или ночь.
Ей становилось все хуже. С каждым мгновением она все больше слабела, а Зугарха все больше радовалась этому. Спотыкаясь на каждом шагу то ли от слабости, то ли оттого, что ничего не видела, Найдана временами опускалась на четвереньки и продолжала путь уже так, ощупывая дорогу руками. Это было проще, чем постоянно падать.
– Когда я смогу видеть? – устало спросила однажды Найдана.
– Когда умрешь и возродишься в образе стражницы, – как заклинание повторила Зугарха слова, которые Найдана уже не раз слышала от нее.
– Мне кажется, я не смогу… Может, я недостаточно сильна, чтоб стать стражницей? Как и те ведьмы, которые были здесь до меня…
– Нет, ты сильная. Ты выдержишь. – Старуха прикоснулась к ее руке, перевязанной нитью, притихла на мгновение, будто прислушиваясь, и произнесла: – Недолго осталось.
«Недолго осталось…» – одними губами повторила Найдана. Значит, скоро закончатся ее мучения. Скоро она станет стражницей, и для нее откроются новые возможности, неведомые простым смертным. Что там говорить! Даже не все ведуны могут попасть в царство Нави и общаться с ушедшими. И да, у нее появятся новые способности, которые под силу только стражнице. Не зря же мудрый Ведагор обращался к Зугархе за помощью. Все будут ее бояться и обходить стороной. В самом крайнем случае к ней будут приходить нуждающиеся в помощи. Но даже они будут ее бояться.
– Приляг и спокойно жди своего часа, – сказала старуха, шаркая до своей лавки. – Это случится совсем скоро. Может, даже уснешь сейчас и уже никогда не проснешься прежней. Ты прошла испытание и доказала, на что способна. Ты готова.
Найдана слышала, как Зугарха, кряхтя и ворочаясь, устраивается на лавке. Вскоре послышался храп.
«Должно быть, опять ночь», – подумала Найдана, готовя свое спальное место. Она долго лежала, но сон не шел к ней. Рука сильно болела, так сильно, что боль затмевала разум, стучала в висках, и становилось непонятно, что именно является ее источником. Будто ныло все тело. Найдана прижала больную руку к груди и погладила, как малого ребенка. Пальцы заметно исхудали, да и сама рука стала тоньше. Странно, ведь нитка должна была теперь свободно болтаться на ней, а она по-прежнему туго врезалась в плоть.