Позади послышался шорох и тихое, робкое всхлипывание. Найдана сначала даже приняла звук за мышиную возню и не обратила на него внимания, но тут всю избу огласил громкий, неудержимый плач. Найдана спохватилась, словно ее застали врасплох за стыдным делом, и быстро обернулась, наспех прикрыв Пересвета накидкой.
Видать, девочка только что очнулась и испугалась, оттого что находится в незнакомом месте. Она жалась в угол и ревела в голос, но глаза не закрывала, наоборот – с ужасом таращилась на Найдану.
– Тихо, тихо… – ласково проговорила Найдана. – Ну, что ты, испугалась?
Она старалась улыбаться как можно приветливее, но чем ближе подходила, тем сильнее напрягалась малышка и все испуганнее становился ее взгляд.
– Не бойся, я не сделаю тебе зла, – ласково сказала Найдана и присела рядом с девочкой. – Как тебя люди-то кличут?
Девочка насупилась и опустила голову, поглядывая на нее исподлобья. Теперь, когда Найдана подошла ближе, она как будто даже смирилась с придуманной для себя ужасной участью и перестала реветь, а лишь судорожно всхлипывала.
– Ты Морена? Ты пришла за нами? – боязливо спросила она, так сильно вжавшись в стену, как будто собиралась пролезть насквозь и выскочить снаружи.
Найдана растерялась от такого вопроса, а потом рассмеялась. Эта малышка, должно быть, не видела черноволосых людей, ведь в их деревне, помнится, все были светлыми да рыжими. Разве что у Кхарунды были волосы потемней, но и у той не черные. Да и пропала Кхарунда. Вряд ли она снова вернулась в деревню. Да, видать, бледная от недосыпа Найдана с длинной черной косой и впрямь показалась этой девчушке богиней Мореной, как ее описывают в сказаниях. Понятно теперь, что там малышка себе напридумывала. Мало того, что сама Морена явилась, чтоб увести их с братом в навье царство, так еще и имя спрашивает. Ну, точно, с недобрыми помыслами.
– Да ты не бойся! – сквозь смех вымолвила Найдана. – Я не Морена, я хворь вашу исцеляю.
– А я и не боюсь. Ты зачем братца так закутала? – все еще настороженно спросила девочка, кивнув на брата, и тут голос ее дрогнул: – Его Морена прибрала?
Должно быть, она очнулась, когда Найдана сидела возле Пересвета, предаваясь своим детским воспоминаниям, и какое-то время молча наблюдала за ней, боясь пошевелиться.
– Нет-нет, что ты! – покачала головой Найдана и шепотом, чтоб богиня ее не услышала, добавила: – От Морены его как раз и прячу.
Девочка все еще недоверчиво поглядывала то на Найдану, то на брата, так странно укутанного с головой в какие-то ветхие тряпки. Найдана протянула руку, чтоб погладить ее по голове, но девчушка в ужасе отпрянула от нее.
– Может быть, ты хочешь есть? – спросила Найдана, уверенная, то та голодна после стольких дней болезни.
Девочка молча кивнула, даже не взглянув на нее.
– Вот и славно, – пряча ухмылку, сказала Найдана. – А я как раз кашу надумала варить.
– Какую? – заинтересовалась девочка.
– Ну так толокняную. Любишь толокняную-то?
– С медом?
– С медом и маслом, – подтвердила Найдана и тихонько добавила: – Если раздобуду.
Видать, Лада баловала младшее дите. Да и какая мать не балует, не пытается дать что повкуснее да послаще.
Толокняную кашу приготовить – проще простого, а по питательности с ней не всякая другая сравнится. Ведагор сказывал, что и целительные силы в ней есть.
Найдана торопливо схватила туесок с толченым овсом, шепотом ругая себя, что заранее не позаботилась о пище. Ведь в избе маленькое хворое дитя, а еды совсем нет. В родительской избе всегда пахло кашами и пирогами, никогда не приходилось задумываться, где раздобыть пропитание. Единственное, что оправдывало Найдану, так это то, что она не отходила от болезных ни на шаг. Даже за клюквой намедни вместе с бабами не пошла, хотя клюквы надо бы набрать: зима-то долгая, а клюква – ягода хорошая. Даже себе еды приготовить было некогда, только лишь отвары, настои да припарки с окуриванием для хворых.
Ну, ничего. Толоконка быстро заваривается. Найдана налила в плошку горячей воды – благо, котел постоянно висел над очагом – и, ловко помешивая, чтоб не было комочков, тонко всыпала подрумяненный, истолченный в муку овес. Она сама толкла его в ступке с месяц назад. Теперь нужно сбегать к соседям за обещанным медом. Найдана взяла небольшой горшок, накинула платок так, что он накрыл и голову, и плечи.