– Никто из вас больше ничем меня не удивит. – И тут я осознала, что ее невозмутимость в присутствии переводчика была лишь игрой.
– Гражданин, – спросила переводчик Зейат, – вы когда-нибудь добавляли рыбный соус к устрицам?
– Не скажу, что когда-нибудь делала это, переводчик. – И теперь, поскольку я наблюдала внимательно, то заметила, что она чуть-чуть заколебалась, прежде чем ответить, и в ее голосе прозвучала едва заметная дрожь: – Но если вам это по вкусу, то давайте.
Переводчик Зейат издала удовлетворенное «ха».
– Мы сможем завтра снова выйти в лодке в море?
– Думаю, да, переводчик, – ответила вскрывальщица устриц, и я безмолвно велела Калр Восемь увеличить ей оплату.
Но мы не вышли в море на следующий день. В середине своей первой вахты Амаат Один заметила в данных, которые показывал ей корабль, некую аномалию. Совсем крошечную: там, где прежде было нечто, на какую-то долю мгновения возникло ничто. Это, бесспорно, могло оказаться чем-то совершенно незначительным – возможно, сигналом, что один из сенсоров «Милосердия Калра» нуждается в проверке. Или то мгновение пустоты могло быть открытием шлюза. Что означало бы прибытие военного корабля. И быть может, он представится, и через некоторое время до нас дойдет его сообщение.
А может, и нет. Если это сигнал о прибытии корабля, то его капитан предпочел оказаться очень далеко от базы Атхоек, словно не желая, чтобы его заметили.
– Корабль, – сказала Амаат Один, в голове которой, несомненно, успели пронестись все эти тревожные мысли, – пожалуйста, разбуди лейтенанта Экалу.
Мгновение облегчения: за дальнейшее будет нести ответственность уже не она.
К тому времени как лейтенант Экалу появилась в командной рубке, не вполне еще проснувшись и натягивая форменную куртку, аномалия случилась еще три раза. И ни одного послания, ни приветствия, ни представления – хотя, возможно, прошло еще слишком мало времени.
– Спасибо, Амаат, – произнесла Экалу. – Четко засекла.
Корабль тоже видел это и, конечно, сказал бы что-нибудь Амаат Один при необходимости. Он промолчал.
– Корабль, можем мы предположить, откуда они появились?
Движением руки она показала, что Амаат следует остаться на своем месте, и приняла чай от другой Амаат.
– То, что они прибыли один за другим в течение нескольких минут, заставляет предположить, что они отправились из одного места примерно в одно время, – ответил корабль, – и следовали сходными путями. – Корабль показал некоторые доводы в поле зрения Экалу: расчеты расстояния через шлюзовое пространство, вероятное время вылета из ряда других систем. – Но различным причинам, включая тот факт, что капитан флота Уэми, которая находилась в одном шлюзе отсюда в системе Храд и была нашим единственным источником новостей из Дворца Омо, не сообщила нам об отправке кораблей в нашу поддержку, а также то, что эти корабли появились достаточно далеко, чтобы мы могли их не заметить, думаю, они, вероятно, прибыли из Дворца Тстур.
Дворца Тстур, находившегося под контролем фракции Анаандер Мианнаи, откровенно враждебной ко мне, чьи сторонники выводили из строя межсистемные шлюзы, когда в них находились гражданские корабли, и которая сама пыталась уничтожить целую базу, полную граждан.
– Верно, – ответила Экалу. Голос ее был ровным, лицо бесстрастным. Лишь почти незаметно дрожала рука, держащая чашку с чаем. – Полагаю, нам следует уведомить флот Храда? А С… а капитан флота в курсе?
– Да, лейтенант. – Ощутимое облегчение накрыло Экалу, Амаат Один, других Амаат, стоящих на вахте.
– А… – И безмолвно обратилась только к кораблю: – А она знает, что лейтенант Сеиварден… что врач освободил лейтенанта Сеиварден от текущих обязанностей?
Сеиварден спала в медчасти, и теоретически ее можно было разбудить, чтобы передать ей командование кораблем. Но она провела весь день под воздействием препаратов, прошла тестирование, чтобы врач смогла по крайней мере попытаться помочь ей с ее проблемами. И, судя по результатам этого тестирования, было бы весьма безрассудно подвергать сейчас Сеиварден какому-либо стрессу.
– Я знаю, – безмолвно сообщила я снизу, где в замешательстве наблюдала, как переводчик Зейат очень тщательно нарезала крошечное печенье в форме рыбки на топкие горизонтальные пластинки и сложила их в ряд на столе перед собой. – С вами, лейтенант, все будет в порядке. Приглядывайте за ними как можно лучше, а я появлюсь там так скоро, как только смогу. Вероятно, они не тронутся с места, пока не решат, что разобрались в том, что здесь происходит. Давайте действовать пока так, словно их не заметили.