Я слушала это вполуха, разбираясь в сообщениях в поисках другой информации. Глава службы безопасности Лузулун ушла в отставку, и ее сменила заместитель. Ее преосвященство Ифиан всегда относилась ко мне с подозрением и пыталась удержать Атхоек в лоне здравых радчаайских ценностей, хотя и не назвала имен чиновников, которых заподозрила в том, что они поддались мне. Официальная позиция, казалось, заключалась в том, что все, кто поддержал меня, были введены в заблуждение либо ими манипулировали. Неформально, конечно, я могла сделать вывод, что моим прежним союзникам по меньшей мере грозит утрата положения или влияния. Ни Баснаэйд, ни Юран не упоминались.
Я не ожидала услышать подробных описаний своей атаки на корабли Анаандер, не говоря уже о том ущербе, который могла причинить. Но возможно, будет хоть какой-то намек, что-то в подтексте. С другой стороны, вероятно, «Титанит» был прав сам по себе этот поток официальных сообщений и его интенсивность, похоже, говорили кое-что о той угрозе, что я собой представляю.
Лейтенант Экалу в рубке еще не дала экипажу команды отбой. Она изучала изображение системы, которое показывал ей корабль.
«Титанит», – сказал «Милосердие Калра» в представшую взглядам пустоту, – где ты?
Неподалеку, – ответил вспомогательный компонент «Титанита» из гостевой каюты. – Подержи пока сегмента. – А затем добавил: – В любом случае здесь приятнее.
Экалу сказала из командной рубки:
– Мы – в Призрачной системе. Лейтенант Тайзэрвэт, можете приступать.
– Благодарю, лейтенант, – отозвалась та из своей каюты.
Дверь моей каюты открылась, и вошла Сеиварден. В форме.
– Разве вам не следует находиться в медчасти? – спросила я.
– Меня выпустили из медчасти, – ответила она самодовольно. Села рядом со мной на койку. Оглядела крошечную каюту, бросила взгляд на дверь и, уверившись в том, что Калр Пять нет поблизости, подтянула ногу в ботинке, чтобы сесть, скрестив ноги. – Три минуты назад. И я – не на препаратах. Я сказал врачу, что больше в них не нуждаюсь.
– Ты пойми, – я следила отчасти за Тайзэрвэт, которая сидела, скрестив ноги, на своей койке с закрытыми глазами и устанавливала через корабль соединение с ретранслятором, – именно препараты вызывают ощущение, что тебе нет больше в них нужды.
В каюту Тайзэрвэт вошла Во Девять, тихо мурлыча: «О дерево, съешь рыбку».
Рядом со мной на моей койке Сеиварден быстро придвинулась. Потянула слегка за рукав куртки, будто поправив. Прильнула ко мне.
– Ты и доктор. Я уже знаю. Я уже делал это прежде, помнишь?
– И с успехом.
Мое плечо ощущало тепло плеча Сеиварден. Личный состав подразделений – во всяком случае, те солдаты, что не находились в командной рубке, только начинали прислушиваться к официальным выпускам новостей и смотреть их. Меня окатывали их злость и негодование, к которым примешивался стыд, – в конце концов, они были радчааи. И власти Радча обвиняли их в предательстве.
Забывшись, Сеиварден издала «ха!», ее это явно забавляло.
– На сей раз все прошло не так плохо. Прежде всего, я продержался гораздо дольше. И я так и не принимал кефа. Ну ладно, я хотел. Но я не принял. – Я не стала напоминать, что, как бы ей ни хотелось, она не смогла бы этого сделать. – Я говорил об этом с врачом. – Она легла чуть ниже и положила голову на мое плечо. – Я не хочу менять одну зависимость на другую. И я довольно хорошо справился. – Несмотря на ее небрежный тон, она с опаской ожидала моей реакции.
– Корабль, – сказала я, – я понимаю, что ты делаешь. Но боюсь, лейтенант Сеиварден хочет от меня того, что я не могу ей дать.
Сеиварден вздохнула. Приподняла голову над моим плечом, чтобы взглянуть мне в глаза.
– Мы с лейтенантом говорили об этом, – сказала она за корабль. – Вы правы, она хочет того, что вы не можете ей дать. Но на самом деле любому, кто вступает с вами в какие бы то ни было отношения, придется отчасти корректировать свои ожидания. В конце фразы Сеиварден слегка хмыкнула. Снова опустила голову на мое плечо. – Мы с кораблем говорили об этом.
– Когда вы сидели на препаратах и все казалось прекрасным?
– Главным образом до этого, ответила она поразительно спокойно. – Послушайте, я в любом случае не получу того, чего мне хочется. Побыть может, мне достанется хоть чуть-чуть, вот так. – Она смущенно заколебалась, а затем продолжила: – Может, между вами и кораблем и мне осталось чуток. Кораблю я нравлюсь, верно? Он так сказал. И вы говорите главным образом о сексе. А ведь я могу получить его в других местах, сам по себе.