— Все возможно, — согласилась я.
— Ты — радчааи. И ты военнослужащая.
— Была, — исправила я. А когда она усмехнулась, я добавила: — Иначе меня бы здесь не было. Или ты бы уже выдала мне всю нужную информацию и была бы мертва.
— Убирайся отсюда. — Голос Стриган был тихим, но яростным. — И забирай своего бродягу.
— Я не уйду, пока не получу то, за чем пришла. — В этом было бы мало смысла. — Тебе придется отдать его мне или застрелить меня из него.
Я все равно что признала, что у меня еще есть броня. Намекнула, что я — именно тот, кого она опасалась, радчаайский агент, явившийся, чтобы убить ее и забрать пистолет.
Несмотря на страх, который Стриган должна была испытывать, она не удержалась от любопытства:
— Почему ты так сильно его хочешь?
— Я хочу, — ответила я, — убить Анаандер Мианнаи.
— Что? — Пистолет в руке задрожал, слегка пошел в сторону, но затем снова застыл. Она подалась вперед на три миллиметра и наклонила голову, как будто не была уверена, что правильно меня расслышала.
— Я хочу убить Анаандер Мианнаи, — повторила я.
— Анаандер Мианнаи, — сказала она едко, — обладает тысячами тел в сотнях мест. Ты не сможешь убить всех. Точно не сможешь с одним пистолетом.
— Я все-таки хочу попытаться.
— Ты безумна. Да разве это вообще возможно? Разве не у всех радчааи промыты мозги?
Распространенное заблуждение.
— Перевоспитывают только преступников или людей, которые плохо функционируют. Никого на самом деле не заботит, что ты думаешь, пока делаешь то, что требуется.
Она смотрела на меня с сомнением.
— Что значит «плохо функционируют»?
Свободной рукой я сделала неопределенный жест, который должен был обозначать «не моя проблема». Хотя, возможно, это было моей проблемой. Наверное, этот вопрос действительно теперь касался меня в той же мере, как он мог очень даже касаться Сеиварден.
— Я собираюсь вытащить руку из-под куртки, — сказала я. — А потом я собираюсь поспать.
Стриган промолчала, только одна седая бровь дернулась.
— Если я нашла тебя, Анаандер Мианнаи, безусловно, сможет, — заявила я. Мы говорили на языке Стриган. Какой пол она определила лорду Радча? — Пока он этого не сделал — возможно, потому что занят другими вещами. По причинам, которые должны быть тебе ясны, он, скорее всего, не решается передать полномочия в этом вопросе.
— Тогда я в безопасности. — В этом заявлении прозвучало куда больше убежденности, чем она могла испытывать.
Сеиварден с шумом вышла из ванной комнаты и упала обратно на постель, руки дрожали, дыхание было учащенным и неглубоким.
— Я вытаскиваю руку из-под куртки, — сказала я и сделала это. Медленно. Пустую.
Стриган вздохнула и опустила свой пистолет.
— Я, наверное, все равно не смогла бы тебя застрелить.
Потому что она была уверена, что я радчаайская военнослужащая и потому — в броне. Конечно, если бы она застала меня врасплох или выстрелила прежде, чем я развернула броню, она действительно могла бы меня убить.
И конечно, у нее есть тот пистолет. Хотя он мог быть и не под рукой.
— Могу я получить назад свою икону?
Она нахмурилась, а затем вспомнила, что все еще держит ее.
— Твою икону.
— Она принадлежит мне, — прояснила я.
— А сходство есть, — отметила она, вновь посмотрев на нее. — Откуда она?
— Издалека. — Я протянула руку. Она вернула ее, я тронула пальцем той же руки защелку, фигурка опустилась, и основание ушло в золотой диск.
Стриган пристально посмотрела на Сеиварден и нахмурилась.
— Твой бродяга беспокоится.
— Да.
Стриган покачала головой, то ли с досадой, то ли с раздражением, и направилась в свой лазарет. Вернувшись, она подошла к Сеиварден, наклонилась и протянула к ней руку.
Сеиварден вздрогнула, откинулась и схватила Стриган за запястье с явным намерением его сломать. Но Сеиварден уже не та, какой была когда-то. Разгульный образ жизни и, как я подозревала, недостаточное питание сделали свое дело. Оставив руку в тисках ее хватки, Стриган другой рукой выхватила из своих пальцев белый ярлычок и прилепила на лоб Сеиварден.
— Мне не жаль тебя, — произнесла она на радчааи. — Просто я врач. — (Сеиварден смотрела на нее с необъяснимым ужасом.) — Отпусти меня.
— Отпусти ее, Сеиварден, и ляг, — резко сказала я. Она еще две секунды таращилась на Стриган, а затем сделала, как ей велели.
— Я не буду его лечить, — сказала мне Стриган, когда дыхание Сеиварден замедлилось и мышцы обмякли. — Это просто первая помощь. И я не хочу, чтобы он впал в панику и расколотил мои вещи.