Необыкновенное звучание инструмента и проникновенный голос заполняли комнату, улетая через распахнутое окно на свободу в бесконечность мира. Все вокруг исчезло — остались лишь ноты, слова, легко слетающие с губ; эмоции, переполняющие ее душу, стали почти осязаемыми: немой восторг, счастье, благодарность. В ее глазах горел огонь, а на губах играла благоговейная улыбка.
Под разбитыми окнами серой многоэтажки застыл очарованный чудесным пением случайный прохожий. Его взгляд был устремлен в даль, и он слушал, слушал...
Люба вкладывала чувства в каждое слово, непроизвольно и живо, словно рассказывая историю невидимому зрителю, играла голосом, создавая интересные звучания, придавая ему то нежность и мелодичность, то напористость и эмоциональность. Слушая волшебное звучание инструмента, гармонирующего с собственным голосом, она будто парила над землей, все дальше отдаляясь от городской суеты, чувствовала легкость и умиротворение, забывая обо всех тревогах и сомнениях, не замечая уходящего времени.
Неспешно шли дни. Люба влилась в новый коллектив: большинство ребят были добры и приветливы с ней, испытывая искреннюю симпатию и уважение. Но не все. Алина и ее подруги стали посмеиваться над новенькой, считая девочку странной и не вписывающейся в их компанию, но только за спиной. Люба этого будто не видела. Но зато часто замечала на себе пристальный взгляд Влада, оценивающий, немного задумчивый. Ей были интересны его мысли ровно настолько, насколько поэту — химические реагенты. Но продлилось это не долго...
В тот день Люба проспала, потому что легла спать очень поздно, если не сказать, под утро, сразу после того, как дочитала вторую часть «Графа Монте Кристо». Войдя в класс, девочка извинилась перед преподавателем и села на свое место.
- Я уж надеялся, она опоздала, потому что приводила себя в нормальный вид, - донесся негромкий голос сзади.
Люба повернулась и в растерянности посмотрела на Влада.
- Что?
- Ничего, Любовь моя, решай задачки.
Девочка сначала не поняла смысла сказанных им слов, пожав плечами, опустила глаза в тетрадь. Но равнодушие кончается там, где пробуждаются чувства. Растерянность, негодование, обида. Что еще могла испытывать Люба, когда мальчик стал при каждой подходящей возможности публично унижать ее?
«Она ведь страшная!
Ты вообще разговаривать умеешь?
Кристина Аркадьевна, я не собираюсь с ней садиться.»
Резкие и обидные слова слетали с его губ чуть ли не каждый день, холодный или же насмешливый взгляд встречал Любу каждое утро. Теперь девочка стала всерьез задумываться над тем, что могло послужить причиной такого негативного отношения к ней. Она искоса смотрела на Влада, в то время, как он разговаривал с друзьями, и, встречаясь с ним взглядом, боялась услышать очередную колкость.
Уроки закончились, и Люба в прекрасном настроении вышла из здания школы, разговаривая по телефону с мамой.
На повороте Люба с кем-то столкнулась и чуть не выронила телефон.
- Смотри, куда идешь, дура! - последовало восклицание.
Она пристально посмотрела в бездонные темные глаза.
- Не кричи на меня.
Влад хотел пройти мимо, но Люба его остановила.
- Почему ты это делаешь?
Он нехотя посмотрел на нее.
- Делаю что?
-Ты очень жесток со мной, и сам это понимаешь.
- Я говорю то, что думаю, - он небрежно пожал плечами, - правда не всегда бывает приятной, да?
И в чем же заключается его правда? Кроме обобщающих слов, выражающих пренебрежительное отношение к ней, он не сказал ни слова.
- Ты думаешь только о том, что за счет унижения других можешь поднять себе самооценку. И, знаешь, меня совсем не задевают твои слова, я даже не обижаюсь. Мне лишь искренне жаль тебя.
На губах девочки играла легкая добродушная улыбка, но взгляд оставался серьезным и даже немного грустным: она думала о том, что, наверное, тяжело жить, когда душу отравляет яд. Он посмотрел на нее с теперь уж не скрываемой насмешкой.
- Что ты несешь?
Люба бросила на мальчика равнодушный взгляд, проигнорировав его последнюю фразу, развернулась и ушла.
Взгляд Влада изменился: маска насмешливости упала с лица. Он совершенно не ожидал от тихой новенькой, казалось, не способной ответить на грубость, таких слов. Мальчик задумчиво смотрел в след уходящей Любе: на быструю походку, ситцевую блузку, свободную юбку до колена, тщательно скрывающие фигуру, длинную толстую косу. Все-таки, несмотря на безвкусно подобранную одежду, было в ней что-то цепляющее.