Девочка пела ровно и на улыбке, но ее губы тряслись, а голос дрожал сильнее, чем на первом выступлении. Она молилась о том, чтобы Влад этого не заметил, и хотела, чтобы песня по-быстрее закончилась.
Что с ней происходило? Отчего возникло это волнение?
Последняя нота... выдох.
- Ну... можно было спеть и лучше, - пожал плечами мальчик по окончании песни.
- Могу дать микрофон тебе, покажешь мастер класс? - не растерялась Люба: говорила она гораздо увереннее, чем чувствовала себя.
Влад фальшиво исполнил отрывки, которые запомнил из песни и негромко засмеялся.
- Что скажете?
- Welcome в «Звезды», - сказала Соня.
Люба смотрела на него, почему то не испытывая теперь ни злости ни раздражения, но взгляд ее почему-то говорил об обратном. Привычка — то, от чего очень сложно избавиться. Девочка думала, что в этом году все будет по-другому, ведь они повзрослели и стали умнее, но она ошибалась. Ничего не менялось: грубость со стороны одноклассника, ядовитые фразы, слетающие с ее собственных губ... Она изменилась: стала жестокой, и упрекала себя за это, но ничего не могла сделать.
Любу стали все чаще стали посещать мысли о Владе, она заметила, что частенько наблюдает за мальчиком, провожает его взглядом и ждет любой возможности перекинуться с ним фразами, пусть даже не самыми вежливыми.
- Что ты на них так смотришь? - как-то спросила Соня.
Люба отвела взгляд от мило беседующих за последней партой Влада и Алины. Почему она не сделала этого раньше? Стало значительно легче.
- Я просто задумалась, - соврала девочка.
- Кстати, ты знала, что они теперь встречаются? - хихикнула Соня.
- Очень рада за них.
Люба говорила совсем не то, что думала, ее выражение лица оставалось равнодушным, когда в душе бушевал ураган, переворачивая все с ног на голову.
Весь урок девочка сидела, погруженная в свои мысли и ни разу не смогла ответить на вопрос преподавателя, на удивление всех присутствующих.
- Люба, ты себя плохо чувствуешь? - спросила Кристина Альбертовна.
Девочка поспешно покачала головой, натянув на лицо улыбку. Она сама еще не осознавала, что с ней что-то происходит.
Беспричинная грусть, тяжесть в душе, глупые мысли и образы в голове, душераздирающая музыка... Так и проходили холодные осенние дни.
- Любочка, ты будешь кушать?
- Нет.
Девочка пришла со школы и быстро направилась в свою комнату, даже не поздоровавшись с мамой.
- У тебя что-то случилось?
- Нет.
Люба закрыла дверь своей комнаты, приложила ладонь к губам и села на пол возле кровати, тяжело дыша.
Мама Любы вошла в комнату, с тревогой посмотрела на дочь.
- Я просто хочу побыть одна. Пожалуйста, мама! - девочка произносила эти слова со слезами на глазах, а затем разрыдалась, спрятав лицо в ладони.
Женщина села рядом с дочкой и обняла ее, стала успокаивающе гладить по волосам.
- Я ведь ничего плохого ему не сделала... - шептала Люба, - За что? Ненавижу, мамочка, как я ненавижу его!
- Тише, девочка моя, - с легкой улыбкой на губах произнесла ее мама, - У меня тоже первая любовь была болезненная. Видно, передалось по наследству...
Люба качала головой.
- Нет, это не так...
Ей и в голову никогда не приходило, что она может влюбиться в такого грубияна, как Влад, который с первого дня относился к ней пренебрежительно и видел в ней объект насмешек. Этого просто не могло быть. Но, увы, все говорило об обратном...
Разум и чувства ожесточенно боролись внутри нее, но их сила была не равна: с самого начала стало ясно, на чьей стороне победа. И стихи, написанные ею в тоскливые вечера, вдруг приобрели смысл...
Люба не знала, что делать со своими чувствами: было тяжело подавлять их и изображать равнодушие, но, стоит признать, из нее получалась хорошая актриса.
Она пыталась свести конфликты с Владом до минимума, но не все зависело от нее. Мальчику нравилось провоцировать Любу, он не собирался что-то менять в их отношениях. Наверное, он считал ее странной и несуразной, хотя ее талант, безусловно, признавал.
Шло время... Вот и наступил десятый класс. За лето, нужно сказать, Люба сильно изменилась. Увидев ее на линейке, Влад слегка растерялся и даже не успел сказать однокласснице гадость, когда она прошла мимо него, не поздоровавшись. Когда Люба пела, он слушал ее голос, любовался ее улыбкой, длинными каштановыми волосами, уложенными в прическу, хрупкой фигурой, изгибы которой теперь подчеркивала со вкусом подобранная одежда.