Вот ведь, на воздушном шаре суровому воину полетать хочется, а велосипед он продолжал игнорировать. И даже не обращал внимания на шуточки со стороны Симгара.
Я верила, что упрямый Радогат своего добьется. Я ведь постаралась все детально ему растолковать. Дело за малым, следовало просто найти ткань, которая хорошо удерживает воздух. Если что, привлечет колдунов, хорошая опция, если технических возможностей не хватает.
Акалуб прибыл по вызову, поговорил с Радогатом, назадавал мне много разных вопросов, касающихся теории переселения душ, которая существовала на Земле, в моём мире. Я в этом оказалась не сильна, опираясь в основном на художественные фильмы. А киношникам как можно верить, если они снимают придуманные истории?
—Настя, выселить мы тебя, возможно, сумеем. Но вот заселить в твое настоящее тело… Ты понимаешь, что это риск? Очень большой риск, мы не совсем понимаем даже сам механизм перемещения.
—Понимаю, но мне тягостно стало тут. Возможно, именно мое тело подает сигналы, что следует уже вернуться. Мы ничего про это четко сказать ведь не можем. Мо случай все вы признаете уникальным.
—Хорошо, если так. Но, возможно, твоя душа просто сгинет. Ты готова к такому повороту?
—Ну и ладно, я тут много хорошего сделала. Так ведь?
—Это пусть торм решает, на сколько ты ему оказалась полезна.
—Да даже если бы она делала меня непобедимым и бессмертным, я обрадуюсь, от нее избавившись. Без обид, Настя, но каждый должен жить своей жизнью.
—Гад ты, Радогат, я же старалась не мешать.
Торм меня проигнорировал. Да и мне с чего ругаться? Хорошо еще, что я нашла куда заселиться, выпорхнув из законного тела. И раз уж решено предпринять попытку освободить правителя от женщины в голове, то пусть ищут способы, я не намерена отказываться от принятого решения.
В общем, работа закипела, только я в не никакого участи не принимала. Мне предстояло просто ждать результата.
105.
Хорошая теория, что я тоскую из—за того, что мое тело готово принять заблудшую душу. Да плевать, даже если я утрачу свою сущность, пусть. Хоть Радогат вздохнет свободно.
Я исчерпала себя в этом мире, вот так! Мне не хотелось ничего улучшать, менять, продвигать свои новаторские идеи. Пусть живут, как жили, без прогрессивных помыслов.
—Обещаешь жениться на Саламее? Если вдруг я сгину? Это, так сказать, последнее желание мое перед исчезновением. И ты обязан его выполнить, Дикий.
—Ты не сгинешь, ты вернешься в свое тело. Почему сразу о плохом думаешь? А Саламея… Ты опять о своем, Настя? Не можешь угомониться? У меня имеется жена, правда она в путешествии.
—Объяви ее погибшей, кто станет проверять? Год траура и ты можешь взять Саламею в жены официально.
—Не хочу я подобным образом. Саламея и так уже живет у меня, со мной, у нас с ней любовь, хот я редко про это говорю, для всех это очевидно. Всё наладилось, как ты и мечтала. Девушка просто радуется нашей близости, она прямо светится от счастья. И вообще перестала плакать. Если сейчас начну говорить о свадьбе, она снова испугается, занервничает.
—Повезло тебе с ней, торм, ты хоть это ценишь?
—Но ты ведь заметила, что я стал чаще дарить ей подарки без твоих напоминания? А еще ношу на руках. И она им радуется, хотя сначала даже пугалась такому проявлению расположения к ней с моей стороны. Мне кажется, что мне это самому теперь нравится. Когда она радостно улыбается только от мысли, что я живу с ней.
Ага, на руках он девушку относил только в постель. Не знаю, стоит ли это засчитывать мужчине. Сволочь, ну почему он не говорит о своей любви чаще? Саламее, как любой нормальной девушке, хочется, чтобы ее мужчина хотя признавался в своих чувствах ежедневно.
—Ты—умный мужик, хотя порой прикидываешься валенком. Поэтому все же прислушиваешься порой к советам женщины.
—Увы, тебе сложно отвечать отказом, ты заставляешь меня делать так, как тебе требуется.
—Перестань, эта мера применяется только в экстренных случаях, мы же с тобой сумели поладить.
—Мне удивительно, что так произошло. Никогда не думал, что стану слушать бабу.
—Упор лежа принять! Отжимаемся пятьдесят раз, я буду считать.