Акалуб сумел привести в чувство Радогата. Тот сел, потряс головой.
—Я что, сам туда пошел?
Хорошо, что торм это помнил.
—И они именно этого ждали? Агурбей погиб?
—Да, да, да. Все потом. Штука называется «паутина разума», они сделали ставку на это заклинание. И потратили на него почти все свои силы, выдохлись, исчерпались. Я не понимаю, как ты сумел остановиться. Они ведь, поганцы, одновременно ухитрились накинуть на нас оцепенение. Простейшая вещь, не особо опасна. Но Варатол получил в свое распоряжение время.
—Так они теперь не могут колдовать?
Радогат очнулся разом и окончательно, сразу включаясь, беря руководство на себя.
—Вряд ли, только самое простое и малоэффективное.
—А вы?
—Мы тоже на пределе. Теперь все решат мечи.
Радогат покрутил головой.
—Симгар где?
—Воюет.
И тут к нам подошел Ханимуд, с ним было человек тридцать.
—Зачем ты тут?
—Если вас сомнут, то станет не важно, что там происходит в городе. Именно поэтому я пришел.
—Своевременно, ты всегда знал, когда надо появляться, дружище. Те бойцы, которые пытались меня убить…
—Их опоили, они считали себя бессмертными, —немедленно ответил Акалуб. —По сути, ты сейчас должен был валяться мёртвым.
—Камикадзе, у нас их так называли.
Я подала голос, показывая, что жива.
—Это ты меня остановила?
—Скорее всего так. Но ты был явно не в себе.
—Так, что мы имеем?
—Всё довольно плохо, —немедленно доложили торму. —Но если правый фланг оттянуть еще назад, то мы из центра может вбить клин, разрезая их атаку. Правда, есть риск, что тогда ослабится сам центр.
—Так и сделаем. Усиливаем правый фланг, пытаемся выйти в центр или прорваться к Варатолу.
—Ты нормально, Радогат? Они больше не смогут провернуть такой-же финт? — поинтересовался Акалуб.
—Отстань, всё хорошо.
Я сомневалась, что всё нормально, видя, как наши постепенно отступают. Так недалеко и до панического бегства.
Но тут произошло еще одно событие. На наши позиции накатилось лиловое сияние в форме шара или овала, это как смотреть, ослепительное, разбрасывающее вокруг искры такого же цвета. Своих оно не трогало, а наших бойцов обращало в пепел, заставляя вспыхивать яркими факелами.
—О, нет, они что, рехнулись?
Это пробормотал Акалуб, непроизвольно делая пару шагов назад, словно хотел пуститься в паническое бегство.
—Что это, дьявол вас раздери?
—Кто-то из колдунов освободил свою сущность, просто высвободил свой дух, энергетику чистую. Он теперь уже труп, но нам от этого никак не легче.
—Не понял. Как это убрать?
—Он теперь мертв, а вот его магическая сущность нас атакует. Теперь понятно?
—Как это уничтожить?
—Я знаю, что делать, ему нужна жертва такого же, — выпалил Эрд, утирая с лица пот. —Только жертва колдуна может остановить бумего. Бумего—дух колдуна, его чистая мощь.
Эрд уже что—то глотал, вытянув пузырек из своих запасов. Делал он это в неимоверной спешке, словно сейчас мгновения решали почти всё. Скорее всего, так и было. Но я совсем уже потерялась в круговерти сражения и мало что понимала.
—Дайте мне еще, мне надо усилить себя.
Боб молча протянул флакон, молодой колдун выхлебал его содержимое в два глотка.
—У меня нет! —сказал напряженным голосом Абу.
—Понял, —выдохнул Эрд, и почти сразу ударил себя ножом в грудь. —Не забудьте меня прославить.
Тело колдуна съежилось, теряя очертания. Но на месте его возник зеленый шар, который двинулся в сторону лилового. Боб и Акалуб что—то заунывно бормотали, и эти их слова заставляли шар двигаться всё быстрее. Минута до столкновения колдовских сущностей.
—Будет громко? —спросил торм. —И ярко?
—Да, получится красиво, — ответил Абу.
—Тогда двинули, перед столкновением всем зажмуриться, заткнуть уши. Бранды, за мной!