– Точняк! Потом быстро разденем, напоим винцом и позабавимся. Только маски надо достать. Такие, знаешь, как в том фильме …
– Какие маски? Зачем, если она сама к нам пришла?
– Добровольно, это одно, но лица зря, зачем светить. Здорово, кино классное получится. Потом сами посмеёмся.
– Да, Паук, главное, успеть снять кино до приезда моей мамаши. И чтобы девчонка понимала, что и у нас есть компромат на неё.
– Теперь надо подумать, как её заманить в квартиру.
– Слушай, Паук, у тебя дома есть пишущая машинка?
– Да, мамашкина, портативная.
– Ну, тогда всё просто. Настучи письмо пострашней от имени Егора.
– Ты Барсук, голова!
***
Егор очень переживал ссору с Настей. Он ей постоянно звонил, но она не подходила к телефону. Ни его родители, ни мать Насти ничего не могли понять, что происходит, и никто из ребят так и не решился рассказать им всё то, что произошло с ними. Егор винил во всём себя. И за то, что связался с байкерами, и за то, что Настю брал с собой. Он боялся одного: если Настя отнесёт фотографии в милицию, то сразу об этом узнают родители этих отморозков. А они найдут, как обвинить его. Но это ладно, но и Настя может пострадать из-за этого, как она говорит, доказательства.
– Чувствую, что нельзя пока обнародовать эти снимки. Надо добиться того, чтобы Настя меня всё-таки выслушала, – думал он.
Его родители считали, что сын просто поссорился с невестой.
– Егор, – говорил отец, – всё бывает в жизни. Как поссорились, так и помиритесь.
– Ты ничего не знаешь, не понимаешь, она трубки бросает, – в запале отвечал ему Егор.
– Да мне и знать не положено. Ты вот что, поезжай к бабушке. А с Настей. Знаешь, время лечит.
– Я не могу её здесь оставить одну.
– Ты послушай, неделя другая только даст вашим головам остыть. Поезжай, сынок, развеешься. Бабушке нужно лекарство передать, немного денег и гостинцы. У неё как раз на днях день рождения. Хочешь, я поеду с тобой, – предложил ему отец.
Егор отказался от поездки. После ухода отца он, не ожидая уже услышать голос любимой, набрал ещё раз её номер.
– Алло, – в трубке послышался голос Насти.
– Настя, я не могу жить без тебя. Я без тебя просто умру, – сказал он ей.
– А я смогу, – ответила Настя и положила трубку.
Вскоре Егор уехал в Питер.
***
Настя дома была одна, когда в дверь позвонила незнакомая девушка.
– Вы Настя?
– Да, – ответила она.
– Просили вам передать и очень убедительно просили вас сразу прочесть.
Открыв конверт, она пробежала глазами по листку с напечатанным текстом. Бегло прочитав слова любви, она остановилась на последних предложениях.
«… Настя, если ты читаешь это письмо, значит, у меня есть ещё шанс остаться в живых. Без тебя мне нет смысла… Но если успеешь… Буду тебя ждать по адресу…»
Даже не подумав, почему, Егор писал на пишущей машинке это письмо, не предупредив мать, она схватила сумочку и выскочила на улицу.
Соседка Барсука из квартиры напротив услышала отчаянный стук в дверь соседа. Прильнув к дверному глазку, она увидела, как девушку на пороге квартиры, из которой громыхала музыка, с распростёртыми объятиями встретил Борис.
– Дорогая, а мы заждались тебя, – обнял он её и буквально на руках втащил в квартиру.
Через некоторое время соседка набирала номер телефона матери Барсука.
– Нина Петровна, дорогая, я как обещала. Да, опять привёл, но уже другую. Нет, смеются, особенно эта шалава. Прямо заливается смехом. Откуда мне знать, чем они там занимаются? Кино, наверное, смешное смотрят. Да он с этим своим другом. Может, пусть смеются, не дерутся же. А к музыке я уже привыкла. Ладно, хорошо, – ласково щебетала Зинаида Мстиславовна.
Но, положив трубку, насмешливо сказала, глядя в зеркало и поправляя свою причёску, – живёт она, что ли, в этих салонах? Как ни позвоню: я в салоне, я в салоне! Гребут деньги лопатой!
Сняв безобразное кино, Барсук бросил растерзанной, обессиленной и всхлипывающей Насте одежду.
– Ну что, посмотрим кино? – он вытащил кассету из видеокамеры и вставил её в видеомагнитофон.