Мы с Ланой работали, благо посетители не уменьшались. Мне приходилось выслушать массу жизненных историй, и я благодарила разумный пунктик в договоре, в котором говорится о невозможности давать советы и прочие инструкции клиентам. Потому что я всё равно не знала, как поступить в том или ином случае. Радовало одно - человек выговорился, снял с себя какой-то невидимый груз и ушёл с облегчённой душой.
Были и такие экземпляры, что после сеанса, как и во время него, меня поглощало чувство радости, что всё обошлось и что меня не побили. А иногда редко, но приходилось слушать и смеяться вместе с рассказчицей. От такого посыла, что есть люди, которые делятся с тобой не только печальными воспоминаниями, но и радостными, весёлыми, становилось легче на душе и поднималось настроение.
Одна женщина меня удивила тем, что зашла уже с улыбкой.
– Знаете, не могу обидеть мужа и рассказать кому-то, – начала она свой рассказ, – дача у нас старенькая, деревянная. Со временем, за что не возьмись, всё скрипит или отваливается. А крыльцо совсем расшаталось. Сколько я своему мужу ни говорила, чтобы он его починил, он только рукой махнёт, потом, говорит: Ходить надо уметь, а то, как слоны топаете. Говорит, и в свой гараж, к любимой «ласточке». Дошло до того, что на дачу ехать не хотелось. А тут поздно мы приехали, лето помните, холодным выдалось, но отпуск решили с ним на даче провести. Настроили быт. Я по лестнице крыльца, как балерина на носочках хожу, боюсь, не там наступлю, провалюсь. А дом у нас на высоком фундаменте, лестница из десяти трухлявых ступенек.
Я опять своего достаю, чтобы сначала лестницу починил, а потом тяжёлые вещи из гаража, где мы их зимой храним, доставал. А он, паразит, как всегда, послал меня на «потом». Что ты будешь с ним делать? Я махнула рукой, мне и по дому есть чем заняться. И тут слышу грохот… и тишина. Я не поняла, думаю, всё крыльцо само развалилось. Аккуратненько выглядываю… А там! Надо сказать, муж мой, не худого десятка, не то чтобы толстый, но крупный и высокий дядечка.
И вот лежит мой муженёк на обломках трухлявых ступенек, на животе его лежит телевизор, старый, ламповый, тяжеленный «Филипс», он его до крыльца на тачке садовой привозил, а мой-то ногами и руками, ну в точности таракан перевёрнутый, болтыхает…кряхтит…, а встать, боится телевизор разбить. Вот так бы тапком его отходить, чтобы слово «потом» вообще забыл, а я… у меня смех такой появился, остановиться не могу, я фартуком рот прикрыла, а он, бедолага, не видит меня, только слышит, говорит:
– Люсенька, милая, не плачь, телевизор целый.
А сам ногами и руками барахтает: – и я не разбился, – говорит.
Я в дом заскочила. Под фартуком хохочу, ну прямо с ума сошла! А он меня успокаивает, думает, ревёт бедная жёнушка, по мужу убивается, а сам боится встать, чтобы телевизор не повредить. Кое-как поднялся, слава Богу, еле вскарабкался, зашёл на кухню, увидел слёзы мои, стал меня жалеть да успокаивать.
– Ну чего ты плачешь? Живой я! Главное, телевизор целый.
А я про себя думаю, чтобы он говорил, если бы я громыхнулась? Не туда ногу поставила? Вот мужики!
Починил ступеньки, и материал сразу нашёлся, и гвозди, какие надо. А наутро слышу во дворе стуки непонятные. Думаю, дятел, что ли, залетел? Выглядываю, а то муженёк, что дятел с молотком ходит по двору и умывальник закрепил, и лавочку починил, и в сарайчике всё, где надо простучал. Теперь молоток у него лучший друг. Вот как бывает. А я как вспомню, как он вверх ногами лежал да болтыхался, так меня смех до слёз до сих пор разбирает.
Я посмеялась вместе с ней и подумала, пусть у женщин всегда только от смеха слёзы появляются. Но жизнь бывает, как подлая подруга. От зависти такого накуралесит, чтобы бы слёзы радости превратились в горькие слёзы беды и несчастий.
Прошло три недели после нашей встречи с Павлом. Несколько раз я звонила ему и днём, и вечером, и ночью, но трубку на другом конце провода никто не поднимал. Тогда я решила поторопить события. Пока Ланка, в очередной раз помирившись с Андреем, переехала в его квартиру, я примерила на себя её кожаный костюм, который она привезла неизвестно для чего из очередного вояжа с любимым. Начесав волосы, я извела почти всю косметику на свой макияж. Глянув на себя в зеркало во весь рост, я испугалась.