Мяу. Зря ты так думаешь, мой милый Штефан. Твой отец всё продумал и уже пустил слух.
В одну секунду парень соскочил со своего насиженного места и подлетев к кровати схватил сексуальную брюнетку за горло.
Говори! Что ты наплела моему отцу?
Девушка лишь шире улыбнулась и стянула его руку со своего горла на грудь.
Мне было видение. Ты будешь не только полноправным правителем мира Джинов. Но и великим царём всех полукровок.
Штефан прищурился, покрывая бархатное тело Оракула поцелуями.
Но я единственный в своём роде.
Пока. Но вскоре появятся и другие. А им нужен будет предводитель, что поведёт их вперёд.
И что я должен для этого сделать?
Пожертвовать своей репутацией.
Девушка умело перевернулась, увлекая за собой подтянутое тело Джина. И седлая его, обхватывая своими нежными бёдрами. Репутация для Штефана была не так важна. После смерти его человеческой матери он не задумывался о том как будет проходить его жизнь. Он просто в полной мере наслаждался своим пребыванием в этом красивейшем из миров. К тому же предсказания Оракула всегда исполнялись. И в этом Штефан успел убедиться лично. Поэтому он не задумываясь согласился. Перевернувшись и подминая под себя обнажённое тело брюнетки он прошептал ей в губы.
Как же мне это сделать?
Твой отец уже сделал первый шаг.
Оракул впилась в обнажённую спину Штефана своими когтями оставляя на ней кровавые отметины. Которые тут же затягивались.
А теперь ты должен пойти к королеве Ифритов и попросить руки их дочери.
Штефан соскочил с кровати зло смотря на свою любовницу. Нет. Его шокировало даже не то, что она предлагает ему связать его бессмертную душу с кем либо. А тот факт, что дочери Ифритов исполнилось всего лишь десять лет. И она родилась избранной, а ей дорожат не только Ифриты, но и Шимани и Мариды.
Ты совсем из ума выжила?
Оракул перевернулась на живот и словно кошечка потянула свою спинку оттопыривая попку к верху.
Я когда нибудь ошибалась?
Штефан перебирал в памяти все предсказания Сплестии, но не одной ошибки.
Нет.
Тогда, не спорь со мной. Это нужно сделать до заката.
Уже примерно через час Штефан облачился в свой лучший костюм и щёлкнув пальцами растворился в чёрной дымке направляясь к замку Ифритов. Парень беспрепятственно прошёл в тронный зал, где на троне восседала королева Стела. Она пренебрежительно посмотрела на Штефана.
Зачем явился в мой дом, грязный полукровка?
Такая формулировка оскорбила Штефана, но он сдержал свой гонор.
Я пришёл к вам, о великая царица Стела, чтобы просить руки вашей дочери.
Что?
Грозная царица соскочила со своего трона и вырастая и ширясь в плечах подошла к парню. На её голове выросло пара алых рогов, а на руках отрасли когти.
Да ты видно совсем бесстрашный? Не видать тебе моей дочери.
Царица взяла себя в руки и приняв человеческий облик вернулась на свой трон. И холодным тоном добавила.
Дана уже обещана сыну Шимани.
Не то чтобы Штефан расстроился из-за того, что эту маленькую девочку уже продали как вещь, нет. Но тон царицы, её поведение его задело. А унижаться он не привык. Штефан развернулся и быстрым шагом направился к выходу тихо бросая на ходу.
Ты пожалеешь об этом.
Парень вышел в цветущий сад и направился по дорожке к воротам, пока не услышал звонкий смех. Этот смех заражал своим весельем, словно тысяча маленьких колокольчиков переливались под музыкой ветра. Штефан остановился и пошёл на звук этого смеха. Один поворот, ещё и вот он увидел у фонтана как девочка лет десяти ловко орудуя мечем нападает на высокого седовласого мужчину.
Папа, так не честно. Ты поддаёшься.
Для тебя, что угодно, моя принцесса.
Штефан замер, он затаил дыхание наблюдая как король Тома тренирует свою маленькую девочку. Но больше всего Штефана поразили её глаза в них плясали настоящие огоньки. В секунду Марид представил какой же она вырастет красавицей. Какие роскошные у неё будут волосы. Как ловко она будет сражаться за своё, используя полученные навыки. Но Штефана отвлёк звук шагов по гравию. Он кинул последний взгляд на юную принцессу, которая смотрела на него, и щёлкнув пальцами растворился в чёрном тумане. Вернувшись в свой замок Штефан не находил себе места. Его тяготило поведение царицы Ифритов, он не мог забыть смех принцессы, её глаза, её улыбку.