Чтобы выбросить из головы неприятных людей, принялась напевать свои любимые песни, да и дело так шло быстрее. В какой-то миг в голове возникла забавная, но такая точная ассоциация, что голос упал до еле слышного мурлыканья, будто меня могли услышать, и я тихонько пела, заправляя тяжёлое одеяло в пододеяльник:
─ Мне больно видеть белый свет,
Мне лучше в полной темноте.
Я очень много, много лет
Мечтаю только о…[1] Ох ты ж мать моя…
Допеть мне было не суждено.
Дверь ванной медленно отворилась, впуская в комнату горячий пар и господина Оливера в одном полотенце, пока сам он вытирал мокрые волосы, почему-то не замечая моего присутствия. Я не ошиблась, предполагая, что его тело мощное, однако без одежды он напоминал настоящего воина, и эти мышцы, названия которым я даже не помнила, казались вполне рабочими. Хотя, он же вроде безвылазно сидит в своей мастерской – откуда такое богатство? Что он там тягает, раз так выглядит?
Но шикарное тело это не всё, что я сумела разглядеть. От лица, там, где была маска, вниз по шее, к широким плечам, рукам и остальному туловищу, стыдливо скрываясь за краешком полотенца, вился странный чёрный узор, напоминающий колючие ветки. Он простирался даже по мускулистым ногам, и, с одной стороны, я понимала, почему ард Эмеральд скрывается, ведь рисунок повторял контур отвратительных шрамов, поверх которых был нанесён...
С другой же стороны, мне всё это показалось даже красивым, но только на секунду… пока наши взгляды не встретились. Мой – шокированный, и его – чуть уязвлённый, но быстро сменившийся гневным. Ну почему я не услышала шум воды?
─ Что ты здесь забыла?
Мне кажется, или зубовой скрежет перешёл на какой-то иной уровень мастерства?
─ Выполняю поручение, ─ отозвалась я, пока на меня надвигалась неминуемая полуголая угроза.
Я отступила к окну, даже не заметив, как оказалась почти прижатой спиной к подоконнику. Запах господина Оливера вновь защекотал ноздри, оставаясь где-то внутри меня необъяснимым томлением, и мужчина какое-то время молча наблюдал за моей реакцией на его внезапную близость. Изучал. Делал выводы.
─ Страшно? ─ вкрадчиво спросил он, и мне показалось, что он принюхался. Вот зверюга…
Так, тварь я дрожащая или в руки себя возьму?
─ В моём мире многие покрывают своё тело узорами и пострашнее, ─ выпалила я, вжимаясь в выступ подоконника сильнее.
─ И что же заставляет их так поступать? ─ придвинулся он ещё на миллиметр.
─ Думаю, желание нацепить броню, спрятав свою истинную суть, ─ совершенно не думая о собственных словах, заявила я, смело встречая горящий оранжевым взгляд. ─ Возможно, этот рисунок тоже скрывает очень многое…
Мне показалось или ветки действительно засветились оранжевым, как и его необычные глаза?
─ Иди. Отсюда. Пока. Я. Не. Разозлился, ─ ласково прошептал он над моим ухом, едва ли не касаясь.
Я дёрнулась, когда горячий воздух прошёлся по коже, и совершенно случайно задела махровую броню на бёдрах хозяина. Она полетела на пол, как в замедленной сьёмке, приземляясь почти с грохотом, отдавшимся в ушах, и мне бы просто сбежать, следуя приказу, но взгляд против воли опустился вниз.
Когда я подняла глаза, мои щёки пылали, а вот его взгляд выражал вполне явственную жажду убийства.
─ ВОН!!!
Вылетев из комнаты пулей, я забыла про оставленное грязное бельё и про то, что нужно дышать – мне открылся новый, неизведанный мир мужской анатомии, поэтому в себя я не приходила какое-то время.
Это ж как это... Это оно вот такое и есть, получается?
В таком состоянии меня и обнаружили на кухне, когда я залпом допивала стакан воды, прокручивая в голове случившееся. Меня потрясли за плечо, подозреваю, уже не раз, и как сквозь толщу воды до меня донёсся чуть обеспокоенный голос леди Агнесс:
─ …Убралась в чулане, как я просила?
─ А? ─ взглянув на экономку осмысленнее, вернулась я в реальность.
─ Ты где была, не хочешь объяснить?!
Не понимая чужого негодования, я достала вещатель и продемонстрировала её же собственное сообщение. Судя по тому, как на мгновение зависла женщина, всматриваясь в текст и сжимая кулаки, она его не отправляла, но я уже догадывалась о том, что могло произойти.
─ Череп? ─ чисто интуитивно предположила я.
─ Я его закопаю! ─ выпалила экономка, стремительно удаляясь, а мне вновь кто-то написал.
«Как тебе мой подарок, лапушка? Надеюсь, вы стали ближе с хозяином? Не благодари».
В конце сообщения красовались три маленьких улыбающихся и прыгающих черепа с костями, как на пиратском флаге, и я поняла, что Орвилл совсем не прост…