Поравнявшись со мной прямо около моей комнатки, он остановился рядом, демонстративно оглядел меня с ног до головы и усмехнулся:
─ Судя по твоей недовольной мордашке, кое-кто тебя не осчастливил?
Видят боги, я не хотела войны – я просто шла к себе предаваться обиде на мужчин всех миров и на двух конкретных, но этот драконище меня просто добил, вот и получил.
─ Знаете, по-моему, вам двоим надо встречаться – вы друг друга стоите.
Секунда, вторая – и до него, кажется, с трудом доходит оскорбление.
─ Что?
Я подавила желание закатить глаза и только тяжело вздохнула.
─ Ну, говорят же, что самая крепкая любовь обычно вытекает из такой же крепкой дружбы. Подумайте об этом, ард Эмеральд. ─ Я даже рискнула по напряжённому плечу его ободряюще похлопать, и пока бедняга не пришёл в себя, чтобы меня убить, решила скрыться за дверью, пожелав напоследок: ─ Спокойной ночи.
Залетев в комнату, я тут же попросила:
─ Домик, будь добр, запри меня, а то я зла, как стая оборотней…
Едва дверь вновь оказалась «заварена», по ту сторону раздался один-единственный удар в стену, но такой оглушающий, что не осталось сомнений: скорее всего, с утра меня будет ждать не только тонна работы, но и очень злой начальник, и это как самый безобидный вариант.
Тем не менее, настрой чуть поднялся, и я просто упала на кровать, пока в голове крепко засела песенка:
«Дракон и русалка, они, если честно, такая прекрасная пара…»
Я даже нашла в себе силы улыбнуться, и в таком виде меня застал Орвилл, буквально упавший на постель.
─ Не рассчитал немного, ─ поворчал он для порядка, устраиваясь удобнее. ─ Веселишься, лапушка? Это правильно… Кость-то при нас.
─ В смысле? Я же так её и не забрала.
─ Это ничего – я вроде как вступил в переговоры с домом, а так как именно он контролирует нашего фиолетового друга, то я попросил придержать мою конечность. Да и где бы ты её прятала, в конце концов? ─ рассудил череп. ─ А теперь поведай мне о вашем времяпровождении.
Мне не очень хотелось рассказывать обо всём, что произошло, но этот глазастый уже начал становиться для меня кем-то вроде друга, пусть и не совсем честного, и мне начинало не хватать общения с ним, когда Хранитель вдруг пропадал.
─ Вот ведь рыбёшка недорезанная! ─ возмутился он после моей отповеди. ─ А ведь это странно, что у них осталась способность завораживать – проклятье точно отняло у них ипостаси.
О, как…
─ То есть они не могут превратиться ни в дракона, ни в русала? Хотя, хвоста я у Мариэля и правда не видела…
─ Точно, ─ подтвердил Орвилл и тут же продолжил рассуждать. ─ Значит, всё-таки осталась для них лазейка, чтобы склонять людей на свою сторону! Ну, гады… Как есть гады!
─ Не могу с тобой не согласиться, ─ зевнула я, борясь со сном.
─ Это ты ещё про зеркала не знаешь, ─ разошёлся череп, и я тут же заинтересованно открыла глаза. ─ Да, мне дом намекнул на вполне себе работающую и отлаженную систему подсматривания за другими обитателями, так что ты думай, где переодеваешься, лапушка!
У меня не было слов – хотелось только материться и нервно курить, хотя в жизни этого не делала, но спросила другое.
─ Орвилл, вот ты же вроде Хранитель, так почему не можешь контролировать многие вещи – тоже проклятье виновато?
─ Тут я и сам во многом оплошал, ─ вздохнул он. ─ И ради своих старых костей пришлось идти на мировую с домом – а мы, чтоб ты понимала, были в разладе уже очень давно. Теперь пришлось объединиться, и ради тебя, в том числе, так что и ты не подведи, Риа.
─ Теперь это для меня дело чести. Во всех смыслах… Погоди, ─ тут же спохватилась я, ─ а они ведь могут нас сейчас подслушать?
─ Не волнуйся, когда я с тобой секретничаю, то в состоянии контролировать зеркала, а вот почему Оливер так легко с ними справляется в обход дома, нам никак не ясно. Силён, зараза…
Обсудить ещё хотелось очень многое, включая бешеных кроликов в саду, но я понимала, что если сейчас не усну, завтра буду огрызаться – есть за мной такой грешок, когда поднимаюсь, едва успев лечь. Хранитель это тоже понимал, а потому поспешил свернуть нашу беседу.
─ Давай, прыгай уже в объятия одеяла, а то помрёшь от недосыпа – кто мне помогать будет?
Не обращая внимания на это заявление, уже уплывая в сон, спросила: