Потому как это нападение видела половина бального зала. А другая половина наверняка слышала. Значит система безопасности академии, какой бы плохой она не была, будет разбираться. Стражи академии точно будут настаивать на долгой беседе со свидетелем и жертвой, я вряд ли смогу их переубедить. Но, например, если королевский дознаватель, который стоит по положению гораздо выше, прикажет охранникам нас не беспокоить, то последние будут вынуждены подчиниться.
— Я тебя понял, Кэра. Но завтра с утра я навещу вас. К тому же, думаю, ты и сама не против узнать, что это был за человек.
— И человек ли, — вздохнула я.
Неожиданно Сильвия ухватилась за мой рукав и стала оседать на пол.
— Что такое? — перепугалась я, смотря на стремительно бледнеющее лицо госпожи.
— Переволновалась, голова закружилась.
— Если хотите, я могу помочь донести ее до ваших комнат, — предложил принц Альберт, который все-таки соскреб себя с пола и подошел к нам. Я зыркнула на него максимально недружелюбно, но вежливо отказалась:
— Спасибо, обойдусь.
— Но как же вы дойдете, когда Сильвии плохо? — удивился принц.
Я проигнорировала его вопрос, попросила госпожу закинуть мне руки на шею, а потом подняла ее на руки как принцессу, едва не крякнув от натуги. Но амулет, который я активировала только что, добавил мне физической силы. И уже через минуту под удивленные взгляды студентов магической академии и отвисшую челюсть драконьего принца я вышла вместе с госпожой из бального зала.
Глава 33
Мы вернулись в свои покои, где я напоила Сильвию одним полезным чайком, который прекрасно снимал любой стресс. Алкогольным чайком. Так-то я это дело осуждаю, но в особенным случаях можно.
Госпожа заснула, а я строчила письмо ее родителям, щедро делясь своими предположениями. На балу я почти не испугалась, потому что некогда было анализировать, пришлось действовать. Но сейчас, когда я успокоилась, то начала осознавать глубину проблемы. У нас в академии находится человек, который способен ментально подчинить себе драконицу (а они обычно даже более устойчивы ментально, чем драконы) и сбежать из-под носа у двух королевских дознавателей. Если это не какие-то хитрые трюки, а настоящая неприкрытая сила, то госпожа в ужасной опасности. И пусть лучше родители госпожи разгромят всю академию, чтобы забрать дочь домой, чем с Сильвией что-то случится. Был, конечно, еще один вариант — прорваться из этой академии боем, потому как выйти явно проще, чем войти, но я оставила его на крайний случай. Безвыходный. Потому что нет гарантии, что охотятся не за Сильвией. И тогда академия, где есть ректор (подозрительный!), несколько сильных магов-преподавателей, Илиус и, разумеется, Орсен с Альбертом — более разумный выбор.
Я запаковала и отправила первое письмо магическим вестником. Надеюсь, мне ответят быстро. В дверь осторожно постучали и сразу же представились.
— Это Орсен.
Я открыла дверь и слегка удивилась тому, что он пришел один, а не с принцем. Более того, он даже успел переодеться, не то что я: бальное платье до сих пор красовалось на мне, хотя орудие пыток, именуемое туфлями, было где-то утеряно в суматохе. А нет, не утеряно. Орсен протягивал мне мои туфельки. Точно, я же всучила ему перед тем, как побежала спасать госпожу!
— Проходи, раз пришел, только тихо, — милостиво разрешила я, не менее милостиво пропуская тот момент, что уже давала свое согласие сразу после инцидента. — Сильвия только-только заснула, думаю, знаешь, как сказывается успешное, пусть даже на несколько минут, ментальное вмешательство на драконе?
Драконы — одни из самых сильных существ не только в стандартной, но и в ментальной магии. А значит и их сопротивление вмешательству в разум выше, чем у обычных существ. Но если оно происходит, то после дракон чувствует очень сильный упадок сил.
Я села к окну, подальше от Сильвии, чтобы не разбудить ее. Орсен стесняться не стал, подтянул стул и сел напротив.
— Только если в теории, — ответил Орсен.
— Ты работаешь королевским дознавателем и хочешь сказать, что ни разу не испытывал ментального вмешательства? — я усмехнулась.
Кого Орсен пытается надурить? Да даже только недавно приступившие к работе дознаватели получают кучу головной боли из-за тех, кто пытается влезть к ним в голову и подчинить, а Орсен, судя по всему, не первый год занимает эту должность.