Губы Эрсанна снова обожгли шею поцелуем, рассыпав по сверхчувствительной коже искорки, одна рука обвила мою талию, пальцы же второй медленно провели по застёжке на корсаже. Намёк более чем прозрачный. Лорес медленно наклонился и теперь уже его губы прижались к моей коленке, пока ладони скользили дальше, выше, по бёдрам. М-м-м…
Знакомые бодрящие эмоции, гремучая смесь волнения и смущения, прошлись по телу волной, отзываясь в каждой клеточке. Эрсанн расстегнул первую пуговичку, и сердце сорвалось, заколотившись с сумасшедшей силой, отдаваясь в ушах, сбивая дыхание. Я боялась пошевелиться, не зная, чего хочется больше — продолжать или… Да нет никакого «или». Продолжать. К чему бы ни привели действия Морвейнов. Я же знаю, как это сладко, когда они ко мне прикасаются… везде! Прикрыла глаза и расслабилась, позволив наслаждению растечься по телу горячей патокой, растворяя все сомнения и страхи. А Лорес уже покрывал узорами из нежных поцелуев мои бёдра, задрав платье почти до пояса, и я плавилась от этой изысканной ласки, чуть выгнувшись навстречу рукам Эрсанна, уже справившимся с пуговичками. Лиф распахнулся, ладонь старшего лорда уверенно скользнула под корсаж, обхватив грудь, большой палец обвёл напрягшийся сосок, стрельнувший вспышкой удовольствия, и я тихо охнула в голос, подавшись навстречу.
— И что там у нас? — мурлыкнул Лорес, совсем откинув тонкую ткань. — Оу, Я-а-а-аночка, — с восхищением, от которого перехватило дыхание, протянул он. — Наконец-то, смелая моя девочка!
Ё-о-о-о, его слова совпали с тем, что Эрсанн чуть сжал сладко нывшую горошину, послав очередную волну ощущений по телу, и я на несколько мгновений выпала из реальности, оставшись наедине с эмоциями. Да-а-а, твоя тоже! Согласна, признаю, сдаюсь!
— Знаешь, — Лорес погладил золотистую паутинку, и низ живота охватила тягучая истома. — Хотел бы я посмотреть на тебя в этом, без платья, и, пожалуй, чулочки можно было бы оставить…
Моментально вспомнила о подарке Эрсанна, и щёки залил румянец — ведь младший не в курсе, что его папочка презентовал мне. И зеркало… кажется, я догадываюсь, зачем оно в моей спальне, да ещё такое большое. Сдаётся, совсем не для того, чтобы я могла в полной мере оценить себя в платье.
— А вот сейчас снимем, — проворковал Лорес и дёрнул за ленточки.
М-мамочки! Одновременно он наклонился и коснулся губами живота, над краем трусиков, и кожу словно обожгло от этого поцелуя. Язык пощекотал, я рвано выдохнула, дёрнувшись, не готовая к такой откровенной ласке. Эрсанн крепче сжал мою талию, продолжая нежить грудь, и тихо шепнул:
— Ш-ш-ш, Яночка, ну что ты?..
Словно дразня, Лорес медленно потянул кружево, по миллиметру стягивая, и так же медленно прокладывая узор из поцелуев всё ниже… Мои колени сжались крепче, сердце скакнуло и забилось в горле, в голове зазвучал тревожный звоночек. Кажется, мои подозрения имеют все шансы стать реальностью!
— Я-а-а-ан, — протянул Эрсанн, оставив ненадолго мою грудь и стянув ткань с плеча, спуская лиф совсем. — Ножки, милая.
Так требовательно, и сопротивляться невозможно. Всё моё существо затрепетало, чувство, что я полностью во власти Морвейнов, ударило пьянящей волной, скатилось вниз, разлилось в животе сладкой негой. И всё-таки, всё-таки… То самое, когда и хочется, и колется. Что-то внутри не давало до конца расслабиться, да ещё и Лорес поднял голову, пристально посмотрел, и одним движением избавил меня от трусиков, тогда как Эрсанн снова вернулся к груди, продолжив ласкать напряжённые вершинки. Я не могла, просто не могла этого сделать!.. Ладони Лореса спустились вниз, до колен, и надавили, ясно давая понять, какими будут его дальнейшие действия.
— Н-нет!.. — вырвалось у меня, и я тихо всхлипнула, прикусив губу.
Руки вцепились в скомканный подол, но запястья тут же перехватил Эрсанн, не дав мне одёрнуть платье.
— Яна, да, — выдохнул он на ухо и нежно прихватил губами мочку.
Тело пронзила острая вспышка удовольствия, смешавшегося со страхом, закружилась голова от противоречивых эмоций. Я попыталась высвободить руки, но безуспешно, Эрсанн держал крепко, хотя и аккуратно. Лорес, продолжая смотреть мне в глаза, сильнее надавил на колени, преодолевая моё сопротивление. Это… это слишком. Для меня такое слишком личное! В общем, только моего бывшего я допустила до откровенной ласки, и то, когда мы уже несколько месяцев жили вместе. И… Эрсанн смотреть будет…
— Перестань, — мягко, но достаточно властно произнёс он, пока его сын медленно, неумолимо раздвигал мои ноги, несмотря на моё нежелание подчиняться. — Ян, мы же говорили, что так будет, хватит, милая…