Ох, Ян, ну что за фигня тебе в голову лезет! Ну при чём тут мачо-неудачники из твоего мира и Эрсанн?! Ты всё видела и даже трогала, весьма активно, какие могут быть сомнения, что что-то будет плохо? Сердито фыркнув, залезла в горячую воду, но нервозность не желала уходить. Вот ненавижу, когда заранее всё известно! Предпочитаю спонтанность! Когда есть шанс, что может ничего и не выйдет, и я зря дёргаюсь… Тут выбора мне не оставили, всё будет, единственное, в чём пошли навстречу — дали возможность выбрать, кто первый. Снова накатило нездоровое веселье: прямо чёрт возьми как девственница… Эрсанн сказал — единственное. Значит, условие насчёт того, что должна вслух сказать, остаётся. Бли-и-ин! Потренироваться, что ли? Угу, встать перед зеркалом, в позу посексуальнее, причмокнуть и с придыханием проворковать «Я вас хочу, мой лорд!» А-а-а-а, бред! Зажмурилась и с головой окунулась. Вот же чушь лезет всякая. Я немного отвлеклась, на косметические процедуры, мысли рассеянно крутились вокруг подарка Эрсанна, потом перескочили на Лореса — как он сегодня будет, зная, что я с его отцом?.. Пусть и говорил, что нет ревности, всё же старший Морвейн заявил, что никакого разделения…
Закончив с помывкой и приведя себя в порядок, я вышла, вытерлась и закуталась в халат, вернувшись в спальню. Ну, вот и час незаметно пролетел, за всеми хлопотами. Как всегда, в ожидании какого-то важного для меня события, время двигалось неравномерно: то казалось, стрелки застыли и не двигаются, то наоборот, что несутся по циферблату слишком быстро. Мысли тоже скакали. Я прерывисто вздохнула, отвернулась от часов и подошла к туалетному столику. Отлично, и часы не вижу, и соблазна лишний раз посмотреть не будет. Сняла полотенце с волос и начала неторопливо расчёсываться.
Странное я всё-таки существо. Меня практически принудили, припёрли к стенке, в приказном порядке сказали явиться в спальню к определённому часу, а я… Вместо того, чтобы оскорбиться, возмутиться, сижу и волнуюсь, как перед первым свиданием. Перед глазами закрутились картинки тех вечеров, что проводила с Морвейнами, маленьких пикантных эпизодов с участием каждого по отдельности, и кровь быстрее побежала по венам, рождая сладкую дрожь внизу живота. Облизала сухие губы, глянула на своё отражение. Щёки алеют румянцем, глаза блестят, рот приоткрыт. Да, Яночка, готова.
Эрсанн не заставил меня сделать ничего, чего бы сама не хотела, а все страхи, сомнения, неуверенность — всё наносное, всё привет из прошлого, которого уже нет. Не оглядываемся, дорогая, и идём вперёд.
Тряхнув влажными волосами, поднялась, упорно избегая смотреть на часы, и направилась к шкафу. Ну, последние приготовления. Когда доставала с полки подарочный комплект, чуть не уронила — руки подрагивали. Пока одевала — трусики, рубашка, пояс, чулки, — лицо горело, как будто в него кипятком плеснули, а сердце норовило выпрыгнуть через уши. Волнение стремительно нарастало, голова стала пустой и звонкой, ни единой мысли. Может, и к лучшему. Ни к чему сейчас думать, как показала практика, мне это вредно. Прицепила последнюю ленточку к чулку, выпрямилась и наконец надела пеньюар.
Мягкая, невесомая ткань ласкала кожу, уже ставшую слишком чувствительной — а ведь ко мне ещё никто не прикоснулся! Взгляд метнулся к часам — без пятнадцати. У меня почти не осталось времени. Ноги сами понесли к зеркалу, я остановилась перед ним, уставившись на отражение. Пальцы теребили жемчужину на вышивке, я снова ссутулилась, чувствуя себя во всей этой откровенной одёжке… неуверенно. Просто до дрожи в коленках. Чёрт, я не умею носить сексуальное бельё, ощущаю себя… глупо и стрёмно! «Плечи расправь». Словно наяву, в голове зазвучал насмешливый голос Эрсанна, как он дрессировал меня не так давно, когда вытряхнул из форменного убожества и заставил надеть нормальное платье. Расправила. «Подбородок выше». Да, пожалуй. А то смотрю затравленным зверем, будто не удовольствие предстоит, а на заклание иду. Всё будет хорошо, Яна. Всё. Будет. Хорошо. Я резко выдохнула, ещё раз глубоко вздохнула и подошла к стене, где по словам Эрсанна находилась смежная дверь. Присмотрелась, и увидела едва заметную щель, нашла маленькую ручку. Мои пальцы легли, крепко сжав, и я потянула на себя. Что ж. Вперёд и с песней, Яна. К этому всё шло, ты знала, и отступать поздно.