Отец не мог пошевелиться, паралич опутал его с ног до головы. Говорил он тоже с трудом.
— Мери, это правда?
— Да, папа, — ответила я, опустив взгляд. — И ничего между мной и господином учителем не было. Я намертво привязана к замку из-за магии. Здесь моё место. Среди колдунов.
Отец побагровел и скрипнул зубами. Готова спорить, десяток ругательств проглотил, чтобы не оскорбить лорда. Вспомнил, что в прежние времена за это и плетей могли всыпать на городской площади у позорного столба.
— Вам придётся отменить свадьбу, — снова заговорил Карфакс. — Объяснить родственникам, какой я злодей и что сделать уже ничего нельзя. Мередит — не единственная ученица, есть вторая. Она как раз потомственная колдунья, здесь всё в порядке. Не повезло, если можно так выразиться, только вашей дочери. Видеться я вам не запрещаю. Потрудитесь впредь обойтись без сцен подобной той, что я наблюдал через магию замка. Другими словами: следите за языком и держите руки в карманах. Ещё раз увижу, что вы пытаетесь её воспитывать — паралич станет вечным. Это понятно?
Мужчины будто в рот воды набрали. Людвиг растерянно чесал пальцем лоб, а отец никак не мог смириться, что потерял старшую дочь. Тяжело ему было.
— Снимите заклятие, лорд Мюррей, и я уйду, — наконец, ответил он. — Мередит может остаться, раз уж так случилось.
Смотреть на него было больно. Карфакс разжал кулак, и отец встал сначала на колени, а потом на ноги. Таким взглядом меня одарил, что сердце чуть не остановилось.
— Нико, — прошептала я. — Тебе точно никто приходить не запрещает. Наоборот, работа есть. Сейчас иди, а дома поговори с родителями и возвращайся. Золото вам по-прежнему нужно.
Брат хмуро кивнул и пошёл за отцом. Остался один Людвиг.
— Я хочу, чтобы ты знала, Мери, — сказал он, честно и открыто глядя мне в глаза. — Как по мне, то твоё колдовство ничего не меняет. Я тебя и с книгами был готов взять, и с магией не откажусь. Подумаешь, мётлы по двору летали бы. Эка невидаль. Главное ведь, чтоб человек был хороший.
— Нельзя, Людвиг, — я чуть до крови не прокусила губу. — Ты не понимаешь. Совсем нельзя, уходи, пожалуйста.
Ярмарка, где мы танцевали, два года назад была. Два года он молчал, ждал чего-то. А теперь вздохнул, повернулся и ушёл. Медленно так, почти волоча ноги.
Прости, Людвиг. Прости, папа. Прости, Нико.
— Пойдём в кабинет, — позвал Карфакс. — Этикетки пересчитаем. Бель скоро вернётся с новостями от аптекаря...
— Иду, господин учитель, — тихо ответила я.
Глава 23. Чёрная полоса
Анабель
Бабушка говорила, что жизнь ей раньше напоминала причудливого полосатого зверя: хорошие промежутки чередовались с плохими. Но позже она осознала, что то не полосы, а разноцветные пятна. Я только после переезда в замок стала понимать, о чём она говорила.
У нас были проблемы из-за наследства лорда Мюррея. Предстоял суд, который мог закончиться как угодно. Но утром господин учитель получил ответ от Томаса. Лорд соседних земель согласился признать старую сделку недействительной и подписать новую купчую уже от имени Альберта Мюррея.
«Под Ваше честное слово, — предупредил он. — Я знаю, что для колдунов оно по-прежнему многое значит».
Мы, конечно, обрадовались, что всё сложилось наилучшим образом. Но пир не закатили, потому что золото в сундуке заканчивалось. Я уже несколько раз ходила к Абрамсу, а тот лишь разводил руками. Не доверяли люди колдуну Мюррею и его ученицам. Ни одной медяшки мы не получили за наши снадобья. Я нервничала, что зря сбила Мери с мысли о покупке лицензии на торговлю продуктами. Мы надеялись, что зелья будут разлетаться с прилавка с неимоверной скоростью, но ошиблись. Теперь, чтобы не умереть с голоду, Мередит начала выращивать на огороде репу. Пела над саженцами, рассказывала истории, чтобы шар щедро питал овощи магией.
— Схожу к Абрамсу ещё раз, — заявила я за завтраком. — Если понадобится, буду стоять у аптеки и зазывать покупателей, как торговка на рынке. Не может такого быть, чтобы никто даже из любопытства не купил эликсир от самого лорда Мюррея!
— Что-то темнит аптекарь, — согласилась со мной соученица. — Если сегодня опять скажет, что покупатели нос воротят, я завтра с тобой пойду. Вместе ему объясним, почему обманывать нехорошо.