«Дальше читай», — колдун требовательно ткнул пальцем в свиток.
Хорошо-хорошо!
«Я надеялся, что шар успокоится. В сундук его спрятал, во дворе закопал, но ты и там его нашла! Теперь я понял смысл выражения «из-под земли достанет».
Да, это я. И если прежде мне многое сходило с рук, то теперь, кажется, я по-настоящему влипла в неприятности. А ведь хотела как лучше. Об урожае мечтала, сытном ужине. Хотела, чтобы стол господина Карфакса ломился от блюд. Неужели самому нравилось жевать чёрствый хлеб? Но лучше помалкивать. Не лезть к нему с советами и возражениями. Я ещё помнила, как лихо он дрова колол. Силищи сейчас через край.
«Молчать уже бесполезно, — продолжал колдун. — Шар слишком активен. Пульсирует энергией, даже если рядом тишина. Он создан исполнять желания, а его триста лет держали взаперти. «Что теперь будет?» — спросишь ты меня. Хорошо, я скажу. Мы позволим шару вернуть мне не только молодость, но и колдовские чары. Иначе с артефактом не справиться. Бросай все дела, мы идём в гостиную. Будешь петь и танцевать».
Блеск! Сначала запретил разговаривать, потом лишил двух золотых за бубнёж над огородом, а теперь петь требует. Мужская логика!
«Нет», — качнула я головой и пошла искать прутик, чтобы написать ему на земле, что не согласна. А как же превращение в младенца? Испугались и забыли?
— Говори, — приказал колдун.
«Нет», — снова мотнула я головой, а потом повторила вслух:
— Нет!
Прутик никак не находился. Вот тебе и вымела двор начисто. Ни соринки, ни пылинки.
— Мередит, — запыхтел Карфакс за спиной. — Или говори, или читай дальше. Есть второй свиток.
Он помахал им, как костью перед носом собаки. Ещё и рукой меня поманил. Точно старый лорд! Хотя колдуны тоже были заносчивыми, высокомерными и совершенно невыносимыми. Я на деревянных ногах шагнула к нему, но Карфакс ловко спрятал свиток за спину.
— Там все объяснения о шаре, какие ты хотела услышать. Два признания, три сюрприза и одна страшная тайна. Поможешь вернуть силу — получишь их.
Я была уже в совершенно растрёпанных чувствах, поэтому вместо вежливого: «Да, господин Карфакс» фыркнула и упёрла руки в бока.
— Нет. Хотите силу? Сами пойте и пляшите, а я деньги больше терять не собираюсь.
Колдун остолбенел. Натурально вытаращился на меня, как Нико или Лука, когда я посылала кого-нибудь из них мыть посуду вместо себя. То, что я хватила лишку, поняла почти сразу, но было поздно. Путь к отступлению закрыт. Теперь только выпячивать грудь колесом и делать вид, что я отстаиваю свои интересы. Так, кажется, богатые купцы говорили?
— Я отменил запрет, — холодно ответил Карфакс. — Можешь говорить. Или тебе грамоту разрешительную написать? Печать поставить?
«А у вас есть? — рвалось с языка. — Печать-то. Именем Роланда Мюррея подписываетесь?»
Но хватит с меня глупостей на сегодня. Допрыгалась уже на два золотых.
— Нет, не нужно. Объясните про младенца, пожалуйста. Я, правда, молодеть начну вместе с вами?
— Не знаю, — убийственно холодно и безразлично ответил колдун. — Проверим?
Шире у меня рот уже не открывался. Челюсть и так хрустела. Вроде как хрустела, во дворе замка на самом деле стояла тишина. Карфакс даже не издевался, он в конец утратил ум, честь и совесть.
«И на этого сумасшедшего ты работала, Мери?» — должен был спросить внутренний голос, однако и в голове была пустота. Как в колодце, ага. Крикнешь в него «Бу!», и эхо полдня затихает.
— Ну… вообще, — кое-как выдавила я из себя, подобрала юбки и собралась на выход, но колдун ещё раз помахал вторым свитком.
— Ты не избавишься от проклятия шара без моей помощи. Уйдёшь сейчас — будешь всю жизнь молчать или гореть синим пламенем. Я хочу помочь. Что мне сказать, чтобы ты поверила?
Главное, что он говорил. Я видела, как после каждого слова усы гороха вылезали из-под покрывала ещё чуть-чуть. Как-то живо представилось, что горох дорастёт до деревни, оплетёт мой дом и задушит всех, кто там живёт. А что? Шар же обещал убить, если проговорюсь. Почему бы не так? Колдовские артефакты действительно не игрушка. И как назло последний колдун в трёх королевствах стоял прямо передо мной. Других не было. Идти за помощью больше не к кому.
— Хорошо, — зажмурившись, ответила я. — Только поклянитесь, что не причините мне вреда.
— Я думал, ты поверила в это, пока жила в замке.
«До того как оказалась связанная в подвале, ещё сомневалась, а вот сразу после — конечно да. Поверила. Вы — самый предсказуемый мужчина на свете. И артефакты у вас интересные. Милые. Мне совершенно не о чем беспокоиться. Пфф. О чём речь?»