«О незаконно проданной земле», — хотела добавить я, но передумала. Перебор уже.
Колдун отпустил мою руку, зажмурился и глухо зарычал. С такой болью и отчаянием, что у меня всё внутри скрутило. Лучше бы швырялся мебелью. Разнёс половину комнаты, разлил похлёбку, но не страдал вот так.
— Упрямая ты, — хрипло сказал колдун. — Вся в отца. Уходи, Мери. Я буду дальше пить. И убери пустые бутылки из-под двери.
— Хорошо, господин.
Я встала с кровати, поклонилась и вышла за дверь.
Ноги дрожали. Страшно за него было и так больно самой, что хоть волком вой. Ничего мы не решили. Кажется, что из болота проблем и вовсе невозможно выбраться.
Анабель
Западное крыло. Третья дверь. Гильдия лекарей. Я трижды перепроверила, правильно ли посчитала. Трижды прочитала табличку на двери. Думала, что боялась ошибиться, но на деле тянула время. Чудилось, что вместо гильдийских лекарей там сидят маги-ровесники господина учителя. Вот я сейчас войду, и меня станут проверять по каждой странице книги рецептов. «Что значит вы не помните сколько щепоток яблоневой сажи нужно для зелья от желудочных колик?» Но я помнила. Столько раз снадобья варила, что наизусть выучила. Помнила, в каком месте рука соскользнула и строчка вышла неровной. Смотрела перед собой и видела собственный почерк прямо в воздухе.
— Хватит трусить, Бель, — проворчала я, заставляя себя взяться за дверную ручку. — Мередит на тебя надеется. Учителю нужна помощь.
Я постучалась, и мужской голос разрешил войти. Не было больше времени на сомнения и страхи. Рывком открыла дверь, вошла и захлопнула, чтобы не передумать. Отрезала себе путь единственно верным способом.
— Добрый день, — я кивнула, выпрямила спину и скользнула взглядом по кабинету. Лекарей, к сожалению, не увидела. Гильдию представляли три чиновника. Сидели за разными столами, пили чай и наблюдали за мной с усмешками. — Я хотела бы сдать экзамен для получения лицензии на аптекарское дело и врачевание.
— Добрый, — неприятно улыбнулся самый толстый мужчина. — А я хотел бы петь в столичном театре. Видите ли, не все мечты сбываются. У меня нет голоса. Вы слишком молоды и явно не подготовлены, чтобы получить такую лицензию. Идите учиться, милая девушка. Лет через десять возвращайтесь. Может быть, тогда всё сложится.
— Я читала правила гильдии на тумбе. Там ничего нет о возрасте. Значит, вы обязаны разрешить мне сдать экзамен, — я гордо вздёрнула подбородок и только потом поняла, что скопировала интонацию господина Мюррея. Случайно решила, что говорить нужно, как лорд. С достоинством. Уверенно. Да, мне далеко до его титула, но разве магический дар не даёт привилегий, как у аристократов? Жаль, что нельзя во всеуслышание объявить, что я — маг. Господин Мюррей просил вести себя в городе очень тихо. — Я ведь не прошу подарить мне лицензию просто так. Я сдам экзамен, заплачу гильдейский взнос и спокойно пойду торговать зельями.
— Зельями? — второй чиновник громко рассмеялся.
Он не был таким толстым, как первый, но всё равно казался неприятным. На лице и шее у него красовалась мелкая сыпь. И с того момента, как я вошла в кабинет, ореол красноты расширился. Недуг мучил его прямо сейчас и господин лекарь палец о палец не ударил, чтобы сварить для себя мазь. Однако. Я вообще по адресу попала?
— Госпожа, — обратился он ко мне, жестом требуя подсказать фамилию.
— Лоуренс, — ответила я, внимательно разглядывая мелкие пузырьки на красной коже. Их стало ещё больше. Уже на руках появились. А что он пил? Отвары из некоторых трав организм не переносит и реагирует вот так. — Анабель Лоуренс.
— Очень приятно, — чиновник-лекарь поправил ворот рубашки, пытаясь спрятать проявление недуга. — Меня зовут господин Абрамс. Слева от вас господин Кнелл, а справа господин Гультраст, старший лекарь. Итак, госпожа Лоуренс. Да будет вам известно, что зелья варят колдуны и колдуньи. Приличные аптекари готовят лекарства. Сборы трав, мази, микстуры. Понимаете? Если уж путаетесь в таких мелочах, то вам действительно лучше сначала чему-нибудь научиться, а потом прийти снова. Мы с удовольствием проведём для вас устный опрос, чтобы выявить глубину знаний.
— Я готова сдать экзамен прямо сейчас, — с нажимом повторила я. — Найдите, пожалуйста, стакан молока, ложку мёда и череду. Я приготовлю мазь и избавлю вас от сыпи.
— Череда от неё не помогает, — возразил он, шумно прихлёбывая из кружки. Я аж дыхание затаила, впившись взглядом в пузырьки. Если диагноз «непереносимость» поставлен правильно, то состояние чиновника ухудшится. — Я пробовал три разных рецепта. А ещё полынь, зверобой и крапиву. Или вы считаете, что пришли с улицы, ограничились беглым осмотром и сможете посрамите усилия опытных лекарей, сходу приготовив лекарство? Не смешите, милейшая Анабель Лоуренс. Дверь там. Уходите.