Ох, осы сегодня разлетались по замку и продолжали метить в мои бока. Я снова чуть не подпрыгнула от пришедшей идеи.
— Бель, а у самого Абрамса аптека есть? Может, ему, как повару Питеру, предложить наши зелья на продажу? Что думаешь, возьмёт? Ты же вылечила его.
— Он вредный высокомерный чинуша, — Анабель сложила руки на груди и задумалась. — Но аптека у него должна быть. Он точно не лекарь, иначе сам бы понял, что у него аллергия на чай. Значит, аптекарь. Не может же представитель гильдии не иметь никакого отношения к целительству?
— Его бы тогда не приняли, — согласилась я. — А сходи к нему ещё раз. Понимаю, что много прошу, но вдруг получится? Только не с пустыми руками. Свари ещё раз то чудо-зелье, возьми пару склянок с другими и попытай удачу. Ну же, Бель, что мы теряем?
— Веник череды, — фыркнула она. — Схожу, не растаю, если он надо мной немного посмеётся.
Вот и договорились.
Глава 20. Утренние хлопоты
Мередит
Утро выдалось на редкость хлопотным и суматошным. Мало того, что усы гороха добрались до двери кухни и дорогу себе пришлось вырубать топором, так мы ещё и грядки Бель проглядели.
— Переросла трава, — вздыхала соученица. — Листья стали грубые. Измельчать такие в ступке замучаешься. Что случилось с шаром ночью? Почему всё так выросло?
Я не знала ответа. Спала, как убитая, и ничего не видела. Может, Карфакс ночью приходил к колодцу и разговаривал сам с собой? Мужчины пьют, чтобы пожаловаться на проблемы, а мы его одного оставили. Нет, меня, он конечно, сам выгнал, но всё равно. Совесть грызла яростнее бешенной собаки. Я уже жалела, что вообще пошла к нему с похлёбкой.
— Заново придётся семена сажать?
— Да, наверное, — нахмурилась Бель и пошла за лопатой. — Не веники же из неё делать.
— Действительно, — выдала я в ответ умное слово и продолжила бороться с горохом.
На завтрак мы жевали чёрствый хлеб, запивая его колодезной водой. Готовить что-то отчаянно не хотелось. Нас ждал список ингредиентов к зельям. Нужно было выбрать пять самых простых, дешёвых и ходовых.
— Исцеляющее зелье отпадает, — ворчала Бель. — Готовить долго и сложно. К тому же оно одно заменяет половину списка. Зачем пытаться продать его втридорого, когда можно обойтись чем-то попроще?
— Чем например?
— Мазь от кожных высыпаний с молоком, мёдом и чередой — точно да.
— Молоком деревенских не удивить, — возразила я. — Мёдом тем более. Услышат рецепт, сделают сами, поймут, что не помогает и откажутся иметь с нами дело.
— Оно без наговора и не поможет.
— Вот! — подняла я палец. — Значит, рассказывать, из чего ты его варишь не стоит. Давай придумаем красивое название, добавим пару секретных ингредиентов и раструбим на всю деревню, какое замечательное зелье получилось.
Бель прикусила согнутый палец и задумчиво смотрела в стену.
— Деревенские умеют читать?
— Умеют, — радостно ответила я, а потом, смутившись, поправила: — Не все и не очень хорошо.
Анабель посмотрела в потолок, будто искала на нём подсказку.
— Тогда вот как я предлагаю. Для всех мазей и микстур придумывать красивые названия мы точно замучаемся. Да и покупателям будет проще запомнить цифру, чем витиеватое словосочетание. Давай пронумеруем каждое снадобье. Например, «Эликсир один. От кожных высыпаний».
— Ты считаешь «эликсир» простым словом? — фыркнула я. — Да половина наших об него языки сломает. Зато городским понравится, да. А нельзя разные этикетки нарисовать? Городским «эликсир», а деревенским «мазь»?
— Можно, почему нет? Ох, сколько придётся подписать этикеток. Как только определимся с первой партией, начну их рисовать, — Бель допила свой стакан колодезной воды. — Будем крупно ставить номер лекарства, а ниже указывать его назначение. «Мазь номер один. От кожных высыпаний». Ещё можно писать наши имена. Чтобы покупатель знал, чьё средство помогает.
— Идеально, — похвасталась я ещё одним умным словом, прочитанным в книгах.
— Время покажет, насколько вы угадали с таким подходом.
Я по привычке втянула голову в плечи и оглянулась на дверь. В проёме стоял колдун и щурился на нас. Винным перегаром не пахло, одежду он надел новую и собрал волосы в хвост.
— Доброе утро, господин учитель, — защебетала Бель, — а мы тут…
— Я слышал, — отрезал он и за три тяжёлых шага оказался посреди кухни. — Понял уже, что задумали. Мысль дельная, если не напортачить.
— Помогать нам некому, — проговорила я, старательно показывая Бель глазами, чтобы молчала про Питера Монка. — Будет сложно.