Горько улыбнулась. Это была моя мечта – увидеть жизнь королевского двора в прошлом. Глупое и неосуществимое желание, чисто для души. Но сейчас я не могла отделаться от чувства, что судьба банально сэкономила, выдав одну несбыточную мечту за десяток реально. Блин, по-моему, было проще повысить мне зарплату!
- Хватит витать в облаках, Эстель, – ворвался в мысли знакомый насмешливый голос. Мне со страшной силой захотелось убежать, но увы, испытание никто не отменял. Подобрав юбки, я начала медленно, как настоящая аристократка, спускаться вниз.
Нетерпеливый Этьенн практически снял меня с последних ступеней, быстро поставил на ноги и... всё. Я пропала. Окончательно и бесповоротно, прижавшись к нему и окунувшись в омут зелёных глаз. Точно колдун! Я была готова бесконечно смотреть на его лицо, на манящие губы. Мысленно выругалась. Так нельзя, так неправильно, но... я не могла пересилить себя и уйти. Не вдыхать его кофейный запах, не тонуть в глазах, не чувствовать, как болезненно ускоряется собственное сердце.
Рука лорда сжала талию, прижимая меня к нему. Мужчина шумно выдохнул в мои волосы и прошептал:
- Будь осторожна, моя ведьмочка. Не забывай про печать.
- Хорошо, мой лорд, – покорно ответила я, пряча счастливую улыбку. Даже язвить не хотелось... ладно, вру, но самую малость!
- Мне нужно идти, – пробормотал Этьенн, впрочем, не выпуская меня из объятий. От любопытных глаз нас спасали три широкие колонны, но я заметила пару-тройку заинтересованных взглядов. Действительно, не время и не место для объятий. С огромным нежеланием я отстранилась, мучительно прогоняя мысль, что больше Этьенн ко мне не притронется. Проспится после бала и вспомнит наконец, кто тут служанка, а кто лорд. Но я отступила, позволяя хранителю уйти. Долго смотрела ему вслед, впиваясь ногтями в ближайшую колонну, и успокаивала ноющую пустоту в душе. Разум поражённо молчал. Кроме: «Ну ты, мать, даёшь...» он больше ничего не мог сказать.
Так, спину прямо и вперёд! Я огляделась в поисках девочек и застонала от досады. Ну чего мне стоило найти их, стоя на балконе? А теперь, в людском хаосе, я сама нуждалась в якоре. Ближайший лакей предложил мне шампанское, но я покачала головой – рано. Сначала проблемы, потом алкоголь. Как жизненно, блин.
Единственным, кого я смогла разглядеть, был Макс. Белый мундир хранителя ярким пятном выделялся среди разноцветных камзолов. Выдохнув, я помчалась к мужчине, замершему у стола с напитками.
- Напиваешься? – ехидно потянула я, завидев, как рыцарь потянулся к новому бокалу. От моего эффектного появления Макс вздрогнул и едва не залил мундир.
- Эстель, чтоб тебя!.. Ты откуда взялась? Я думал, наставник тебя до ночи... танцам учить будет, – хохотнул он, впрочем, мгновенно затихая под моим внимательным взглядом. Безумно интересно: это личный экспромт Макса или у меня намечается скандальчик с Этьенном?
- Ладно, извини, я ляпнул, не подумав, – быстро сориентировал младший хранитель. Величественным кивком приняла извинения и уточнила:
- Про меня с лордом – твои грязные мыслишки или слова Этьенна? Он обещал меня отлюбить?
Мужчина снова разулыбался:
- Детка, ты ранила его в самое сердце – только за сегодняшнее утро наставник раз десять пообещал изнасиловать тебя в особо жёсткой форме. Я грешным делом решил, что он всё-таки не удержался.
- Убью, – сквозь зубы припечатала будущая жертва. Но вдруг я призадумалась. – Слушай, Макс, а хранители не поднимаются, как ведьмы?
- Макс?!
Картинно закатила глаза. Подумаешь, оговорилась. В конце концов, обращается же он ко мне на «ты» и по имени.
Собственно, это я сообщила недовольному рыцарю. И добила:
- У моих родителей был кот, которого мама звала исключительно Масиком. Я всю жизнь свято верила, что он именно Масик, а по документам Максимилианом оказался. Кстати, а не рассказать ли мне про Масика леди Диане?..
Хранитель смерил меня выразительным взглядом и недовольно фыркнул:
- Леди Диана – умная и благородная девушка, – «в отличие от некоторых» – звучало в подтексте. – Ей воспитание не позволит назвать человека кошачьей кличкой, тем более такой дурацкой.
Я похлопала глазками, как наивная сельская девушка, и елейно заметила: