— Добрый день, господа! — с первого взгляда оценив ситуацию, начал он. — Я вижу, Алекс уже в курсе.
— Это всё вы! Это вы заставили её уехать! — взревел он.
За время знакомства с Алексом я настолько часто слышала этот его ревущий гнусавый голос, что мне начало казаться, что это его обычная манера говорить.
— В самом деле? — защищался Дилан, который сам едва не морщился от этих скрипяще-визжащих звуков. — Не ты ли пожалел денег? Не ты ли больше поверил бумаге, чем своей возлюбленной? Если бы ты по-настоящему любил свою девушку, ты бы поступил иначе, так что не нужно делать из меня виновного. Когда хочешь покорить сердце женщины, докажи ей, что ты его достоин, а не прячься в кусты. А сейчас мне нужно, чтобы ты понял, что бесплатно тебе не достанется ничего. Поэтому на своё право стать бессмертным ты заработаешь трудом и потом. Я лично прослежу за этим. Ты хорошо меня понял?
На перекошенном лице Алекса отразилась крайняя степень гнева. Правда, все знали, что гнев этот бессмыслен и безопасен, так что устрашающей гримасой никого не удалось напугать.
— Ты что-то хотел сказать, Алекс? — подначивал его Дилан.
— Я ненавижу вас обоих! — выкрикнул тот.
— Твои чувства никого не волнуют. Надень белый халат и иди работать! — холодным тоном без всякого выражения сказал Дилан.
— Вот сами и работайте! — Алекс направился было к выходу, но тут сам Альберт Линнеман решил вмешаться:
— Алекс, стой! — неожиданно громким голосом потребовал старик. — А ну вернись! С тобой ещё не договорили! Твоё детство давно закончилось, и я больше не собираюсь тащить тебя на своей шее. Так что будь добр отрабатывать те деньги, которые я плачу за твоё обучение.
— Вы все за это ещё ответите! — бросил Алекс и вылетел из кабинета отца.
Старик стазу как-то поник и закрыл рукой лоб.
— Пусть поймёт, что он бессилен без вашей помощи. Не извиняйтесь перед ним, он слишком неблагодарный, чтобы сиюминутно всё осознать.
— Давно пора было поговорить с ним… — сам себе под нос пробормотал профессор.
— Я оставлю вас. Всего доброго! И не волнуйтесь, скоро всё это закончится, — сказал на прощание Дилан.
Но покидать так рано лабораторию он не собирался. Ему было мало тех коротких нравоучений, которые он успел высказать Алексу.
Дилан нашёл парня в его же кабинете: большинство вещей в порыве ярости были сброшены с полок и стола на пол. Дилан присвистнул.
— Убирайтесь! — закричал Алекс.
— А то что? — поинтересовался Дилан.
Тот промолчал.
— Ты однобоко смотришь на ситуацию: перед тобой открыты горизонты вечной жизни, а ты рискуешь отказаться от всего этого из-за девчонки, которая: а) не поддерживает твоих взглядов; б) не так уж и дорога тебе, судя по твоим поступкам; и в) ты уже потерял её, не так ли? Ты же не смог стать тем, кто ей нужен?
— Это не ваше дело!
— А что, если я скажу, что она не уехала?
Глаза Алекса загорелись, но услышанное показалось ему слишком невероятным:
— Вы лжёте!
— Ладно, скажу по-другому: я знаю, что эта девка осталась здесь не просто так и, уверяю тебя, я хорошенько повеселюсь, пока не выясню, что именно она замышляет. И советую тебе работать в поте лица, чтобы не повторить её судьбы.
— Что вы собираетесь с ней сделать? — разволновался Алекс.
— Это будет зависеть от неё. Я всегда остаюсь в выигрыше, так что даже не пытайся встать у меня на пути. Да, и вымещение злости на бытовых предметах — это признак ничтожества. Приберись здесь. Твой кабинет похож на свалку, — с этими словами Дилан ушёл.
«А теперь ты поставила бы на него?» — спросил он.
«Ты только разволновал мальчика. Думаю, вряд ли он выползет из своего домика. Он, наверное, уже забыл, как я выгляжу. Помнит только, что вы с отцом его обманули».
«Я сделал, что мог. Узнай у Максима, как продвигаются дела?»
Максим добился относительного успеха, сказал, что уже через час будет готов приступить к ликвидации базы данных лаборатории. Уловка состояла в том, что вирус должен взломать удалённый сервер с дубликатами всех файлов и подчистить всё его содержимое. Звучит довольно просто, но меня, далёкую от тонкостей программирования, никто не спешил просвещать более подробно.
«Диана, скажи ему, чтобы открыл нам доступ к камерам наблюдения в здании», — просигналил Дилан.
«Ладно», — ответила я.
Максим же отреагировал на эту просьбу бурно и с негативом:
— Он ещё позднее не мог этого сказать? Передай, пусть занимается этим сам!
— Мы работаем в команде, Максим, а не соревнуемся друг с другом… — попыталась уладить конфликт я.