Утро не бывает добрым, особенно когда просыпаешься и вспоминаешь, что творила накануне. Ох… Нет, ну не то чтобы прямо совсем непристойности, однако все равно стыдно! Я прижала ладони к пылающим щекам, зажмурилась и тряхнула головой. Так, берем себя в руки и отправляемся на работу. Выходные еще не скоро. В процессе одевания и сборов я то и дело возвращалась в мыслях к вчерашнему вечеру, и меня бросало то в жар, то в холод. В животе поселилось непонятное томление, дыхание давало сбой, и никак не получалось приструнить расшалившиеся эмоции! Вот же ж…
Наконец я добралась до кабинета, если честно, намеренно опоздав немного – чтобы все разошлись на занятия и я ни с кем не столкнулась. Может, конечно, преувеличиваю, но лучше уж так, чем огрести от жаждущих добраться до дракона коллег. Хотя никогда не понимала, в чем смысл вешаться на мужчину, который не обращает на тебя внимания. Это же не уважать себя, получается, навязываться. Вот как я вчера делала. Не выдержав, тихо застонала, закрыв ладонями лицо, и сделала несколько глубоких вдохов. Так. Срочно успокаиваемся, Сильва, ничего непоправимого мы вчера не сотворили, хотя да, поведение, конечно, было скандальным, ничего не скажешь…
Часа два я пыталась работать, отгоняя назойливые мысли, а потом все же не выдержала. Воспользовавшись тем, что снова шли занятия, вышла из кабинета и решительно направилась из академии – душа настоятельно требовала извиниться перед Кэрвальдом. Хорошо, что секретарь куда-то вышла и не пришлось придумывать повод, куда это меня понесло среди рабочего дня. Надеюсь, дракон уже встал и не любитель поваляться по утрам в кровати.
И снова знакомая дверь, я позвонила, пока не растеряла решимости, и, едва она распахнулась, тут же выпалила:
– Прошу прощения за вчерашнее поведение, обычно я сдержаннее, а тут вино и…
– Доброе утро, Сильвия, – перебил меня герцог, и я запнулась на полуслове, с досадой чувствуя румянец на щеках.
М-да уж. Воспитанная леди, называется. Даже не поздоровалась!
– Да. Конечно. Доброе утро, – кашлянув, сказала, отведя взгляд, но успев заметить домашний вид Кэрвальда.
Рубашка с расстегнутым воротом, в котором виднелась ямочка, расстегнутая жилетка из узорчатого темно-серого шелка, свободные штаны. Волосы в легком беспорядке, на губах едва заметная улыбка, а в глазах – веселье. И вот ну ни капельки не похож он сейчас на герцога, лорда-артефактора и все такое. Просто симпатичный мужчина, которому хочется улыбнуться в ответ и махнуть рукой на нелепые извинения.
– Так вы считаете, что вели себя вчера неподобающе? – продолжил он, выгнув бровь и опершись ладонью на дверной косяк.
– Полагаю, леди полагается быть скромнее, – пробормотала, чувствуя себя с каждым мгновением все неуютнее.
И глупее, чего уж там. Кажется, не стоило поддаваться все тем же эмоциям и приходить с дурацкими извинениями. Ну не вешалась же я с поцелуями ему на шею, в самом деле.
– Хорошо, в качестве извинения приму обед сегодня в Акиффе, – огорошил Кэрвальд ответом, и взгляд стал таким хитрым-хитрым! – В вашем любимом ресторанчике.
Приехали. Я извиняться пришла, а не напрашиваться на… на свидание!
– Отказ не принимается, – разгадал мои намерения дракон и покачал головой. – Буду ждать вас в половине четвертого у ворот, Сильвия. Хорошего рабочего дня.
– А… Д-да, хорошо, до свидания, – даже смогла вежливо попрощаться, все еще находясь под впечатлением от наглости некоторых чешуйчатых.
Дверь между тем уже закрылась, и мне ничего не оставалось, как отправиться обратно в академию, запоздало злясь на ушлого герцога. Ну вот кто его просил-то! Прямо так сразу, и уже свидание, я же даже морально не подготовилась! Совершенно непредсказуемый тип, вообще не знаешь, чего от него ожидать. Это нервировало, если честно, а с другой стороны, приятно щекотало эдакой перчинкой неизвестности и сюрприза. Главное, чтобы этот сюрприз мне потом боком не вышел.
Я вернулась в кабинет. Подписала бумаги, требовавшие моей резолюции. Отдала секретарю те, которым нужны доработки, с моими пометками. Некоторое время делала наброски на следующее занятие по истории и этикету альвов – оно как раз должно состояться через четыре дня. Поймала себя на том, что кошусь на дверь, подсознательно ожидая паломничества коллег, но рабочий день проходил спокойно и тихо. Подозрительно… Или, может, коллеги решили все-таки, что между нами с Кэрвальдом ничего нет? Хорошо бы. А еще нет-нет да мелькали мысли, не отказаться ли от встречи, однако тут же поспешно растворялись. Обижать герцога таким образом не хотелось, а он явно обидится. Ладно, схожу на обед, ничего страшного, полагаю, не случится. Даже переодеваться не буду, я и так вполне неплохо выгляжу в платье из темно-зеленого мягкого бархата.