– Теперь понимаю твой восторг от моего зверя, – пробормотал Айнар, медленно обходя комнату и то и дело останавливаясь, чтобы рассмотреть очередную статуэтку. – А сегодня?.. – он обернулся и вопросительно глянул на меня.
– Вот, – я сняла с коробочки крышку, демонстрируя приобретение.
На белом бархате лежал, раскинув крылья, черный дракон из обсидиана, с золотистыми прожилками и рубиновыми глазами. Особенность его заключалась в том, что фигурка была… живой, если особым образом ее активировать. Это очень редкий экземпляр, потому что таких мастеров уже не осталось, а их творения можно по пальцам одной руки перечесть. Я, затаив дыхание, уколола подушечку и капнула кровью на фигурку, и в следующий момент вулканическое стекло и правда ожило. Дракончик потянулся, взмахнул крыльями, фыркнул, разбросав искры, и перелетел из коробочки, усевшись на постамент. С губ Айнара слетел тихий возглас, он потянулся потрогать чудо, и тут дракончик оскалился и выпустил из пасти струю пламени. Ничего так струю, где-то в два пальца длиной, и Кэрвальд от неожиданности отдернул руку и совсем по-женски ойкнул, отчего я не сдержала хихиканья.
– Потрясающая работа, – с искренним восхищением произнес Айнар, рассматривая фигурку. – В самом деле, работы мастеров магии крови ценятся на вес золота.
– Ага, – я счастливо вздохнула, любовно погладив кончиком пальца головку дракончика.
Он смешно фыркнул, потерся об него, взмахнул крыльями и снова застыл, превратившись в статуэтку. Я аккуратно взяла ее и поставила на свободное место на одной из полок, затем закрыла дверцы и повернулась к Айнару.
– Раз уж у нас вечер откровений, куда ты все время уезжаешь? – задала я встречный вопрос.
На его губах появилась загадочная улыбка, а в глазах – хитрый блеск.
– А вот завтра и узнаешь, – сообщил он непринужденно и добавил: – На свидании, куда я тебя приглашаю.
Мм, теперь бы укротить до завтра мое любопытство, начавшее немедленно грызть изнутри!
– Хорошо, – я улыбнулась, легко согласившись.
Мы вышли из моего хранилища, вернулись в холл, и Айнар повернулся ко мне, посмотрев в глаза. Я же поняла, что не хочу, чтобы он уходил. Мы оба соскучились, да и так было ясно, что поцелуев нам мало. И хотя обычно я предоставляю инициативу мужчине, на этот раз поступилась принципами, шагнула к нему и тихо спросила:
– Останешься?
Может, он и воспитанный дракон, однако на этот раз Айнар оставил свое воспитание дома и поступил по-мужски. А именно обнял, притянул к себе и прижался к губам долгим, жарким поцелуем. На который я, как очень невоспитанная леди, с радостью ответила, обвив руками его шею. Ну и пусть женщина не должна приглашать к себе мужчину, плевала я на эти условности. Не идти же ради них в дом Айнара! Тем более он там не один живет…
Не отрываясь от моих губ, дракон подхватил меня на руки и понес на второй этаж, и внутри все радостно замерло от предвкушения. Лишь где-то в глубине сознания мелькнуло сожаление, что не подготовилась и не надела ничего интересного под платье. Конечно, вряд ли это расстроит Айнара, поэтому мысль так и растворилась совсем в других эмоциях. Кэрвальд ногой открыл дверь, безошибочно определив мою спальню, занес меня и поставил на пол. Мы так и продолжали целоваться, то медленно и неторопливо, то жадно и нетерпеливо. Я тянула с его плеч камзол, дергала пуговицы на рубашке, желая как можно скорее прикоснуться к обнаженной коже, почувствовать под пальцами крепкие мышцы и как они напрягаются при малейшем движении. Айнар же, глухо порыкивая, на ощупь нашел застежку на платье и честно пытался справиться с ней без повреждений. Но терпения ему явно не хватило, поэтому последовал сильный рывок, а затем тихий треск, пуговички с шорохом разлетелись по полу.
– Потом новое куплю, – пробормотал Кэрвальд, уткнувшись носом мне в шею и скользя губами вдоль изгиба, оставляя шлейф щекочущих мурашек.
Вот уж о чем я сейчас думала в последнюю очередь, так это об испорченном платье. Подумаешь, невелика потеря… Оно с шелестом осело на пол, оставляя меня лишь в нижней сорочке, чулках и трусиках, а я наконец справилась с рубашкой Айнара, отправив ее к платью. Мои пальцы заскользили по его обнаженным плечам и груди, с восторгом ощупывая и поглаживая четкий рельеф, а ладони мужчины ловко нырнули под сорочку, добираясь до потяжелевшей, сладко занывшей груди.