Подняв голову, заглянула в задумчивые глаза Айнара и осторожно уточнила:
– Тебя не коробят мои откровения?
– А должны? – невозмутимо отозвался дракон, запустив пальцы в мои растрепанные волосы и легонько поглаживая. – Я не ханжа, милая, и не повернут на мысли, что женщинам нельзя того же, что и мужчинам.
Однако невесту себе ты приехал выбирать в Благородную академию. Я подавила вздох и потянулась к пустому бокалу.
– Что ж, это радует, – весело заявила я и выгнула бровь. – Тогда предлагаю закончить вечер откровений и заняться более приятными вещами.
Возражений у Айнара не нашлось, к моей радости и облегчению. Больше мы не вспоминали о прошлом, и я не позволила никаким грустным мыслям испортить мне настроение и эту чудесную ночь.
Следующие несколько дней прошли на удивление спокойно и слишком уж… романтично, что ли. Я никак не могла отделаться от ощущения, что эта идиллия долго не продлится, даже несмотря на то, что Айнар сам настоял на моем присутствии при встречах с девушками. На всякий случай, как он сам сказал, во избежание неожиданностей. Ну и для соблюдения приличий, естественно. Однако даже барышни вели себя образцово, поддерживали вежливую беседу на общие темы, не пытались провоцировать дракона или подстраивать какие-то гадости друг другу. Подозрительно, очень. Коллеги тоже затаились, то ли смирились с тем, что Кэрвальд выбрал меня, то ли снова, задумали нечто грандиозное. Даже Розина, не уволенная, но получившая выговор в личное дело и предупреждение от ректора, лишь крайне вежливо здоровалась, если вдруг мы встречались в коридорах. Однако это случалось редко, к моему облегчению.
Мы еще несколько раз ездили в приюты – оказывается, их в окрестностях Акиффы было несколько, – регулярно обедали в городе, и почти каждый вечер я оставалась с Айнаром. Так получилось, что мы встречались чаще у меня, поскольку не хотелось ставить Гилару в неудобное положение, да и завтракать, не натягивая на себя кучу одежды, тоже приятнее. Однако время имеет свойство неумолимо бежать, и Айнару осталось встретиться всего с двумя девушками. Разговор назрел, я это понимала и все чаще ловила на себе какой-то слишком задумчивый взгляд дракона. Что ж, если ему сложно, я сделаю это за него.
В этот вечер мы снова остались у меня, обосновавшись у камина в гостиной, на мягкой и пушистой шкуре.
– Ну что, как с выбором? – завела я разговор непринужденным тоном, рассеянно перебирая рыжие пряди – голова Айнара лежала на моих коленях, он прикрыл глаза и явно млел от моих действий. – Ведь пора заканчивать, да?
– Пора, угу, – протянул он лениво, и уголок губ приподнялся в намеке на улыбку. – Думаю, на днях вернусь в столицу. Кстати, я уже поговорил с кем нужно, ты можешь спокойно приезжать в столичную академию, тебя там с нетерпением ждут, – добавил Кэрвальд, приоткрыв глаз и одарив довольным взглядом.
– Спасибо, – совершенно искренне поблагодарила я, а вот уточнить насчет невесты у меня малодушно не повернулся язык.
Тишина тоже вполне уютная, и ужасно не хотелось омрачать ее! В конце концов, у меня еще есть несколько дней, так использую их на всю катушку! Чтобы потом было что вспомнить. И я наклонилась за поцелуем, отодвинув все грустные мысли. Мгновение спустя уже лежала на спине на шкуре, а дракон навис надо мной, гладя мое лицо, и тем неожиданнее прозвучал его вопрос:
– Не хочешь узнать, кого я выбрал?
– А ты все-таки определился? – задавив в зародыше тоску, уточнила я, утопая в темно-зеленой глубине его глаз.
– Определился, – загадочная улыбка насторожила несказанно, заставив сердце предательски екнуть.
– И кто она? – едва не затаила дыхание, но опять отвесила себе мысленный подзатыльник.
Ну ясно же, что не ты, дорогая моя! Кто-то, помнится, уверенно так заявлял, что замуж не собирается, а у Айнара хорошая память.
– Завтра скажу, – шепнул он, наклонившись и опаляя горячим дыханием губы. – Вечером…
Когда он так целует, я вообще ни о чем думать не могу, вот и сейчас подлый чешуйчатый воспользовался нечестным приемом, отвлекая мое внимание и усыпляя любопытство. Ладно, сдаюсь, до завтрашнего вечера как-нибудь дотерплю. И я обвила руками шею Айнара, притягивая ближе и с удовольствием отвечая.
Кто бы знал, что всего лишь за один день моя жизнь сделает крутой вираж, вдребезги разбив все тайные мечты и надежды…
Айнар стоял в гостиной с задумчивой улыбкой и вертел в руках тяжелый перстень с ярко-оранжевым камнем. Внутри словно горело маленькое солнце – огневик, символ их рода. Простенький артефакт, способный подстраиваться под нужный размер и удивительным образом смотревшийся на изящной женской ручке вполне элегантно и ничуть не грубо. По крайней мере, так утверждал отец: ведь мама носила его как раз с помолвки до свадьбы. А потом в шестнадцать лет кольцо торжественно вручили ему, и до сих пор Айнар особо не вспоминал о нем. Сюда пришлось взять, и вот, похоже, пригодилось.