Хороший Дом. Анна покачала головой. У системы стоп-слов было несколько преимуществ. «Красный» был достаточно коротким словом, чтобы выдохнуть его между криками. Сабмиссивы редко забывали его. И каждый в Теме знал, что оно означает.
Отвернувшись, Анна медленно выдохнула. Хотела бы она, чтобы существовали стоп-слова для их с Беном разговора.
Он уже здесь?
Ей следовало спросить нового седовласого парня из службы безопасности, но ее голос пропал, когда она увидела его. Это… был не Бен. Очевидно, ее подсознание ожидало увидеть именно Бена, дежурящим на входе.
Что ж, она начнет искать его, где обычно. Анна направилась в бар, поглядывая на сцены.
Мужчина-сабмиссив нагнулся вперед. Шея и запястья были прикованы к позорному столбу. Распорная планка удерживала ноги достаточно широко, чтобы было видно стоящий член.
В паучью сеть замотаны две женщины-рабыни. Они стояли бок-о-бок, чтобы их Мастеру было легче бить их тростью.
Молодой мужчина подвешивал сам себя. Рядом сидели несколько человек, готовые помочь ему в случае необходимости.
Она кивнула Маркусу, который устанавливал Андреевский крест. Соседний крест взял на себя Нолан. Бет и Габи ждали, опустившись на колени. Эти два Мастера, вероятно, спланировали что-то коварное. Может, она вернется сюда с Беном посмотреть… если он согласится.
Она скоро его увидит. Ее Бена. Подобно холодной приливной волне, тревога захлестнула ее, заставляя сердце бешено колотиться.
Нет, нет, расслабься. Все будет хорошо. Определенно хорошо. Будучи в отношениях, люди… договариваются. Разбираются в каждой проблеме. По очереди. И сейчас пришел ее черед попробовать выстроить такие отношения, которые подойдут ему.
Пожалуйста, будь готов попытаться, Бен.
Мысль о том, что она может потерять его, вызвала острую боль в груди. Она решительно отогнала это чувство прочь.
Если бы только она не чувствовала себя такой… одинокой.
Она поссорилась со своей семьей. У нее не было работы. Она была беременная. Сейчас, возможно, она и Бена потеряет.
Анна остановилась, перевела дыхание и вспомнила, что у нее есть стержень. Да, страшно представить, что она окажется одна с малышом, зависящим от нее во всем. Но она была независимой, умной, заботливой взрослой женщиной. Она не подведет своего ребенка.
И она не должна позволять своей слабости подталкивать Бена к тому, чего он не хотел. У него должна быть возможность уйти от нее, если это то, чего он хочет.
Хочет ли он этого? Когда она подошла к бару, ее эмоции ощущались не до конца подавленными страданиями, а не будоражащим предвкушением.
— Анна, — приветствовал ее Каллен. — Выпьешь?
Запах духов из подсобного помещения вызвал у нее тошноту, и она не рискнула сесть.
— Нет, спасибо.
Прежде чем он успел ответить, его внимание привлек глухой звук.
Саба, привязанная к барной стойке — украшение бара — постукивала ногой по полированной древесине.
Судя по узлам, привязал ее Нолан. Саба, возможно, раздражала Мастера «Ты-у-меня-научишься-уважению», и поэтому ее привязали к бару. Она стояла на четвереньках, ее волосы были примотаны к железной перекладине. А широко разведенные ноги веревками привязаны к бару. Зажимы для сосков пристегнуты к другой перекладине, сильно оттянув ее грудь, будто создав миниатюрные качели. А к другому концу этих импровизированных качелей был прикреплен вибратор, расположенный прямо напротив ее клитора.
Судя по тому, как она раскраснелась, саба недавно кончила и пыталась отодвинуть от вибратора свой, несомненно, сверхчувствительный клитор. Но, чтобы конец вибратора сместился ниже, сабе надо было приподнять грудь. Она попыталась это провернуть и взвыла, когда от движения натянуло зажимы на ее сосках.
Потрясающий пример сложного связывания.
Затянув узлы туже, чтобы саба не разнесла его бар, Каллен похлопал ее по заднице и присоединился к своей сабе Андреа, делавшей коктейли.
Понравится ли Бену сложное связывание или нахождение в заведомо проигрышной ситуации? Анна задумалась. Возможно, она придумает что-то такое, что заставит его выбирать между сжиманием яиц и анальной пробкой? У них было так много вещей, которые было бы интересно попробовать вместе. Некоторые ее рабы любили слож…
— Госпожа Анна.
Она обернулась.
За ее спиной стоял Джоуи.
— Пожалуйста, Госпожа Анна, — в его отчаявшемся голосе звучала уязвимость, которая взывала к ее духу Домины.