— У меня нет таланта для этого, и Люциус знал это. Он не может меня винить, — вздыхает Дилан.
— Надеюсь, он не будет слишком жёстким с тобой и не побьёт ещё сильнее, — говорит женщина, явно расстроенная. В её глазах читается искренняя забота, как будто этот Люциус — настоящий зверь.
Даже упоминание его имени вызывает у меня неприятный холодок внутри, который пробегает вдоль позвоночника. Всё во мне говорит, что пора уходить, пока этот человек не появился и не сделал со мной что-то ужасное.
Я начинаю медленно отступать, стараясь не привлекать внимания женщины, но Дилан вдруг зовёт меня.
— Ты не можешь просто уйти, Элизабет, — говорит он обеспокоенно.
— Всё нормально, правда, — пытаюсь я его успокоить.
Женщина поворачивается ко мне и с любопытством рассматривает.
— Кто эта прекрасная и добрая девушка? — спрашивает она.
— Это Элизабет. Она спасла меня там, в том районе, и сопроводила меня домой. Хотела отвезти меня в больницу, но я настоял на том, чтобы вернуться домой. Если бы не она, меня, возможно, добили бы, — объясняет Дилан.
— Ох, моя дорогая, — говорит она с трогательной нежностью. — Ты в порядке?
— Конечно, мадам, всё хорошо, — улыбаюсь я. — Желаю вам спокойной ночи.
— Нет, нет, конечно же, я не отпущу тебя вот так. Я позову шофёра, чтобы он отвёз тебя домой, — возражает она резко. На мгновение мне кажется, что она напоминает мне бабушку, которой у меня никогда не было, и это вызывает тёплое чувство. — И даже не думай двигаться.
Её тон, хоть и кажется заботливым, звучит скорее как угроза. Поэтому я остаюсь на месте и бросаю укоризненный взгляд на Дилана, который лишь пожимает плечами и улыбается, совершенно равнодушно.
Через некоторое время появляется высокий, худой мужчина с суровым выражением лица. Он с явным пренебрежением осматривает меня с головы до ног. Его взгляд сразу говорит, что это опасный человек, и лучше не спорить с ним.
Я даю ему фальшивый адрес, чтобы избежать неприятностей. Пусть я для них и незначительная девчонка, но лучше перестраховаться.
Всю дорогу я крепко держусь за ремень безопасности. Шофёр молчит, за исключением вопроса о моём "адресе", который находится в пяти кварталах от моего настоящего дома.
— Здесь? — спрашивает он, останавливаясь перед белым зданием, слегка похожим на моё.
— Да, здесь. Спасибо, что подвезли.
Я выхожу из машины так быстро, как только могу. К счастью, он сразу уезжает, не удосужившись проверить, действительно ли это мой дом.
Я облегчённо выдыхаю, но, прежде чем двинуться дальше, вижу карточку, которую дала мне та женщина. Она несколько раз повторила, что я могу обратиться к ней, если мне что-то понадобится. Но я не собираюсь этого делать. Вернуться туда? Нет, я не настолько сумасшедшая.
Я поворачиваюсь и сталкиваюсь с кем-то. От неожиданности перехватывает дыхание: от него исходит слишком сильный, почти пугающе притягательный мужской аромат. Этот миг одновременно пугает и волнует. Но он сразу грубо отодвигает меня в сторону и идёт дальше, пробормотав:
— Уйди с дороги, девчонка.
Моя злость вскипает, но я не оборачиваюсь. Вместо этого я бегу прочь, как можно быстрее.
3. Ангел или демон
Элизабет
Я не рассказала Маркусу о том, что произошло.
Если бы я это сделала, он бы начал волноваться и чувствовать себя виноватым за то, что проспал все на свете. Это одна из вещей, которые мне в нём нравятся: он всегда беспокоится о других и не может не помогать.
— Ты уже решила, кого уволить? — спрашивает он, садясь на подоконник моей квартиры.
Моё удивление заставляет его рассмеяться.
— Ты ещё даже не думала об этом, да?
— Нет, правда не думала, — признаюсь, заканчивая мыть тарелки после завтрака.
Я почти не спала всю ночь. Не могла перестать думать о Дилане и о том, как сильно его бабушка переживала, что он может снова получить побои. Ещё я не могла забыть тот пронизывающий аромат, который до сих пор, кажется, не покидает мои ноздри.
Мне нужно всё это забыть и притвориться, будто это был просто странный сон.
— Но ты выглядишь уставшей, как будто не спала, — замечает он с беспокойством.
— Меня гложет эта ситуация, вот и всё, — лгу я.
Вчера вечером, пока я шла домой, меня действительно тяготило то, что произошло, но сейчас нет. Странно, что я не могу перестать думать об этом. Мне нужно вернуться к своей жизни.
Маркус проявляет понимание и переводит разговор на другую тему, прежде чем войти в дом и развалиться на моей кровати. У меня возникает сильное желание присоединиться к нему, но я продолжаю убирать маленькую кухню. Здесь у меня нет отдельной спальни, всё практически объединено в одну комнату. Нет даже гостиной, поэтому сидеть я могу только за столом, на одной из двух изношенных стульев.