Алекс оторвал от нёба язык и спросил сипловато:
- Кто ты?
- А, по-твоему, это имеет значение?
Подумав, художник выдавил натужно:
- Вообще-то да.
- Вообще-то да, - медленно повторил старик.
Они просидели молча с минуту.
- Ну и что? - спросил незнакомец. Или же опять повторил слова гостя? Алекс замотал гудящей головой и уставился на собеседника. На лице того читалось полное умиротворение.
- Что, ну и что? - нахмурился художник.
- А ничего, - ответил незнакомец и закрыл глаза.
- Чёрти что! - вспыхнул Алекс. Кулаки сжались до боли в пальцах.
- Контроль над сознанием - основа основ.
- Ты мне ответишь - кто ты? Всё-таки это мой сон и я имею право требовать.
- О! - старик аж отрыл очи. - Ну-у-у, это уже что-то. Уже...
И, чтоб ему неладно было, опять закрыл глаза!
- Послушай, любезнейший, - давя гнев, вступил Алекс, - ответь мне, где я?
- Здесь, - незнакомец постучал себя по голове. - И здесь, - открывая очи, указал вверх. Узловатый палец напомнил художнику о корнях дубов. Грязь под ногтем никак не сочеталась с чистым белым одеянием.
- И зачем я здесь?
- Время покажет.
- А лучшего ты ничего не придумал?
Старик безмолвствовал.
- Ты не существуешь, - огласил Алекс. - Правильно?
- Разумеется, нет, - возразил незнакомец и закрыл глаза.
- Опять начинается, - в сердцах сказал художник.
- Оно идёт по кругу и никогда не оканчивается. Во всяком случае, доселе не оканчивалось...
- И ты думаешь, я хоть что-то понимаю? Впрочем, понимаю лишь то, что это не простой разговор. И-и... я должен...
- Должен, - обрубил незнакомец.
Алекс задумался. Однозначно, таких странных снов у него ещё не было. Хотя, бесспорно, попадались интересные. Помнится, блуждал коридорами подземного лунного города. Со стены крепости обстреливал из лука зелёных бестий с шипастыми гребнями. Летал на дирижабле посреди ядовитых пузырей.
- Мироздание многомерно, - констатировал старик и открыл глаза. Вдохнул так, вроде в прорванные меха втягивался воздух.
- Я растерян...
- И не ты один...
Алекс сглотнул и осведомился:
- Ты - это я в будущем?
- Или в прошлом, или настоящем. На иных уровнях бытия времени не существует так, как ты его понимаешь, ощущаешь... Впрочем, может, я - это и не ты вовсе...
- Тебе от меня что-то нужно?
- Не более чем тебе от меня.
Казалось, разговорить старика труднее, чем научить собаку английскому языку.
Художник прикусил губы и свёл брови. Незнакомец ухмыльнулся - мол, подумай-подумай.
- Если я сейчас возьму и проснусь, - зачастил Алекс, - то пользы не будет ни мне, ни тебе.
- Совершенно верно.
- Всё это напоминает безумие.
- А мир и поведение его жителей зачастую и есть безумие.
- Как мне к тебе обращаться?
- Это не имеет значения. Ни-ка-ко-го...
- А если я встану и уйду? Это тоже не будет иметь никакого значения?
Старик проигнорировал язвительные нотки собеседника и спокойно ответил:
- Ты сам всё прекрасно знаешь.
Алекс проскрежетал зубами. Погодя принялся нервно сжимать, сдавливать пальцы.
- Ты уже очень близок, - заявил незнакомец.
- К чему?
- Ты дышишь снами.
- Дышу снами?
Старик посмотрел на Алекса по-отечески и заговорил непринуждённо:
- Творчество забрало у тебя немало сил, измотало, потрепало, изжевало...
С каждым словом незнакомца молодой художник сутулился всё больше, глаза вваливались, окантовывались чёрным.
- ...но и дало тебе немало, - шёпотом закончил старик.
- Дышу снами?
Старик кивнул. Алекс пожал плечами и спросил небрежно:
- Ну и что же это значит?
- Ты лишь в начале пути, но уже властен над иной реальностью. Тебе под силу заглядывать в чужие сны.
- Чужие? - нахмурился художник. И вроде удар молнии. Он вспомнил. Задремал сегодня после обеда и... Алекс вздрогнул. Как же мог забыть? Сон такой реалистичный. Там была та девушка из «World Art» и... жуткая мумия.
Художник потрогал бока, проверяя целы ли рёбра после ударов мумии.
Алекс вытаращился на собеседника, тот склонил голову влево и прошептал почти неслышно:
- Ты на верном пути...
- Она могла умереть во сне? - Художник сам же и ответил: - Нет, не могла.