— Я всё равно волнуюсь, — призналась я, глядя в окно на пролетающие мимо деревья.
— Это нормально, — он чуть улыбнулся. — Но поверь, моя семья не кусается. Ну… почти.
Я фыркнула, не удержавшись от улыбки. — Очень успокоил.
— Эли, — он повернулся ко мне, и в его голосе появилась та серьёзность, от которой внутри всегда становилось теплее, — они увидят то же, что вижу я. И этого будет достаточно.
Я опустила взгляд, чувствуя, как тревога смешивается с чем‑то мягким, тёплым.
Дорога тянулась, но время летело незаметно. Мы говорили о пустяках — о том, как в детстве он катался на замёрзшем озере, о проделках его младшей сестры, о том, что в их доме всегда пахнет корицей и свежим хлебом. Его голос был ровным, спокойным, и я ловила себя на том, что слушаю его больше, чем слова.
***
Пейзаж за окном постепенно менялся. Лес становился гуще, деревья — выше, а снег на ветках лежал толстыми слоями. И вдруг, за поворотом, показались кованые ворота, украшенные гербом — распахнутые крылья дракона, обрамлённые замысловатым узором.
Сердце пропустило удар. Я знала, что за ними — владения короля и королевы драконов. Родителей Лиама. Моего Лиама.
— Мы приехали, — тихо сказал он, и его рука нашла мою, сжала крепко, но мягко.
Экипаж въехал на длинную аллею, обсаженную елями. В конце её, в свете зимнего солнца, возвышался дворец — высокий, с башенками, крытыми тёмной черепицей, и окнами, из которых лился тёплый золотой свет. Он был величественным и в то же время живым, словно дышал историей и силой.
Я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в пальцах. Лиам чуть наклонился ко мне и прошептал:
— Готова?
— С тобой — да, — ответила я, и в этот момент поняла, что это правда.
Я знала, что он — принц. Знала с самого начала, что его мир — это не просто Академия, а тронный зал, королевские приёмы и древние традиции. Но одно дело — понимать это в теории, и совсем другое — видеть перед собой ворота, за которыми начинается жизнь, к которой я никогда не принадлежала.
Экипаж остановился у парадного крыльца. Высокие двери из тёмного дерева были украшены резьбой в виде переплетающихся драконьих силуэтов, а по обе стороны стояли стражи в чёрно‑золотых доспехах. Их взгляды были внимательными, но в них читалось уважение — к своему принцу и к той, кого он привёз.
Лиам помог мне выйти, и морозный воздух коснулся щёк. Я подняла взгляд — и замерла.
На верхней ступени крыльца стояли они. Король и королева.
Король был высоким, с мощной, почти хищной осанкой, широкими плечами и серебристыми, чуть отливающими сталью волосами, собранными в низкий хвост. Его лицо было суровым, с чёткими линиями скул и прямым, властным носом. Взгляд — проницательный, тяжёлый, но не враждебный — скользнул по мне, задержался на мгновение, и я почувствовала, будто он видит меня насквозь, читает каждую мысль, каждое сомнение. В этом взгляде было что‑то древнее, как сама природа драконов, и от него хотелось выпрямить спину и дышать глубже.
Королева — воплощение изящества и силы. Высокая, с длинными тёмными волосами, убранными в сложную, но безупречно аккуратную причёску, в которую были вплетены тонкие золотые нити. Её глаза… такие же, как у Лиама и Катарины — глубокие, янтарные, с тёплым, но пронзительным светом, в котором можно было утонуть. В этих глазах было солнце, застывшее в капле янтаря, и в то же время — сталь, способная остановить любого, кто осмелится бросить вызов.
На ней было длинное платье глубокого винного цвета, расшитое золотыми узорами в виде переплетающихся драконьих крыльев. Каждый её шаг был плавным, как у хищницы, и в то же время лёгким, как у танцовщицы. В её лице было что‑то мягкое — лёгкая улыбка, едва заметный наклон головы, — но в осанке и каждом движении чувствовалась несомненная власть.
— Добро пожаловать, Эли, — произнесла она, и её голос был мелодичным, тёплым, но в нём звучала сила, которой невозможно было не подчиниться. Это был голос королевы, привыкшей, что её слова исполняют.
Лиам сжал мою руку чуть крепче, словно говоря без слов: Я рядом. Не бойся. Его тепло пробивалось сквозь перчатки, и я почувствовала, как дрожь в пальцах чуть‑чуть утихла.
В этот момент я поняла — первый шаг в их мир я уже сделала. И пути назад нет.
***
Королева первой сделала шаг вперёд, её длинное платье мягко скользнуло по ступеням, и золотые узоры на ткани поймали солнечный свет.
— Проходите, — сказала она, и в её голосе было не только приглашение, но и что‑то, что невозможно было ослушаться.
Лиам слегка подтолкнул меня вперёд, и мы поднялись по широким мраморным ступеням. Когда огромные двери из тёмного дерева распахнулись, я на мгновение задержала дыхание.