Родриг подметил, что создание Ганура, шагая по земле, тщательно старался избегать воды. Он обходил все водоемы, ручьи, реки и озера, перепрыгивая или переступая через них. Догадка юноши подтвердилась, после того как он набрал в шлем живительной влаги и выплеснул ее на ступню Сманоля. От невыносимой боли монстр заревел диким воплем раненого зверя. Место, на которое попала струя, зашипело паром и отвалилось, камнями и костями разлетаясь по земле. В царстве Ганура не найти ни капли жидкости, кроме горящей лавы. Там всегда царит жара, которую не перенесло бы ни одно живое существо. Сманоль пришел в неистовую ярость и удвоил удары, пытаясь раздавить героев, бегающих у его ног, будто маленькие надоедливые букашки. Родриг взглянул на Этнатию, и та сразу поняла, как нужно действовать.
Находчивые брат и сестра, дразня ударами и брызгами воды, стали заманивать зверя к обрыву, который круто скатывался к побережью океана. От движения земли океан взбудоражился, и волны, достигая чуть ли не неба, с грохотом обрушивались на берег. Оказавшись на краю пропасти, заманенный в ловушку обманом, Сманоль не удержал равновесия из-за большого размера и, покатившись по склону, рухнул в море. В воздух поднялись огромные клубы пара, накрывшие всю землю. Так появился туман, приходящий всегда со стороны бескрайнего водного пространства. Части чудовища, рассыпавшись на куски, покрыли собой все западное побережье от севера до юга. Таким образом, родилась горная гряда.
От ударов ног Сманоля земля периодически с тех пор сотрясалась, и в ней выступали расщелины, а от поднятой пыли образовалась пустыня на юго-западной части Большой Земли. Что касается Родрига и Этнатии, то они бесследно исчезли. Одни говорят, что их волной отнесло к морской Богине Кунирии, где те стали ее стражей. Другие считают, что брата и сестру придавило горами, образовавшимися от частей тела Сманоля. Этим объясняется одна из глубоких расщелин между скалами. В ней не видно дна. Вернаусия своей рукой развела скалы, чтобы достать оттуда почивших славной гибелью героев и доставить их к сонму Богов. От ужасного ора монстра Ариния пробудилась от чар и увидела на своем ложе не прекрасного юношу, а маленького страшного уродца, которого немедленно низвергла. Полгода земля провела во тьме без света. По этой причине шесть месяцев длится зима, а на севере царит полярная ночь.
На суде Богов было решено навсегда заточить Ганура и его пособников в царстве мертвых. Много веков люди жили, не зная кошмаров по ночам и слепой страсти в любви, но однажды Долию, Шапрому и другим богам неискоренимого зла удалось вырваться на свободу, но это уже совсем другая история.
Легенду о близнецах больше всего любил Акиус и просил отца рассказывать ее перед сном, прекрасно понимая, что не узнает ничего нового. Героями, такими как Родриг и Этнатия, мечтал стать он однажды, и даже лучше.
Юноша так замечтался, что не заметил, как солнце спустилось к горизонту, и не услышал криков соплеменников, звавших его. Даже если он встанет и побежит на всей скорости в сторону деревни, не догонит группу в пути, так как те уже далеко отъехали от места добычи глины. Акиус принял решение переждать ночь в роще.
Он не боялся темноты, но в незнакомом месте чувствовал себя, как не в своей тарелке. Иные звуки наполнили все пространство вокруг. Не были они похожи на те звучания, которыми он наслаждался в пределах родной деревни. Эти наполнялись какой-то ожесточённостью и чуждостью. Акиусу казалось, что за ним кто-то пристально наблюдает. Красные и желтые глаза неведомых существ то и дело мерцали во тьме, и, устремляясь в его сторону, следили за каждым движением. Рядом ползали и летали какие-то букашки, шурша тельцами и крыльями, сверху доносились стрекотание и шипение. Юноше хотелось зарыться в землю, но даже в ней он не нашел бы никакой защиты от пугающего и одновременно манящего внешнего мира, так как повсюду все постоянно шевелилось, порхало, рычало и угрожало. «Я смелый. Мне ничего не страшно», - успокаивал себя Акиус, повторяя одну и ту же фразу, при этом держа руку у рта, чтобы не завизжать от какого-нибудь неожиданного звука.
До наступления темноты он чувствовал себя усталым и сонливым, но теперь сна не осталось ни в одном глазу. Покинутый соплеменниками юноша боялся, что стоит ему заснуть, как его сожрут, даже костей не оставят, как это случилось с бедным Нфагоном больше года назад. Нфагон был соседом Акиуса и одним из его ярых недоброжелателей. Он постоянно подтрунивал над мальчиком, натравливал на него других и всячески показывал, как его ненавидел. Акиус все же уважал Нфагона, который был его ровесником, больше, чем Эфтанию. Та действовала злобно и всегда исподтишка, а тот - открыто и более дерзко.